Очень низкие потолки, поэтому школа напоминает японскую. Парт мало, двери раздвижные, доска на всю стену и место преподавателя. К слову, из работников за целый день встретил всего двоих: учителя физкультуры и классного руководителя.
Так как учатся здесь вампиры, учебный день начинается поздно вечером, а заканчивается под утро. Для предотвращения всякого рода рисков окна застилает черная плотная ткань, а прежде, чем отправляться на уличную пробежку, учитель по соответствующему предмету осматривает двор на наличие посторонних.
Вампиры все взрослые, младших классов нет. Девушки ходят в платьях с длинными рукавами и подолом в пол, а парни в чем придется. У всех светлая кожа, черные волосы, ярко-красные губы, бездонные глаза и мало кто тратил время на разговоры о пустяках. Вместо этого в кабинетах обсуждались важные темы о безопасности, скрытности, планах по захвату страны и так далее. Таинственности придавала серая дымка, витающая всюду (до самого потолка) и передвижения этих людей: будто парили, а не шли.
Ночь, после пробежки нас отправили в бассейн под открытым небом. Как же там было спокойно и приятно. Жизнь вокруг стояла точно так же, как и вода, которая не реагировала на прыжки с разбега. Луна белая-белая, небо черное-черное, ни одного фонаря и никакой непредсказуемости. На этой локации все ученики молчали (казалось даже, что переставали дышать), чтобы не портить обстановку ни себе, ни другим.
Инфраструктура такая: в зависимости от успеваемости тебе либо приносили выпивку, либо запрещали употреблять. Это распространялось и на еду, а вернее ее качество. Не было здесь нормативов, которые нужно выполнять, не было никакой программы. Даже преподаватель уходил обратно в здание на 45 минут. Сами занятия при этом выглядели увлекательно.
Прыгаю в бассейн, в одежде. Все купаются в одежде, ведь законы физики здесь тоже не работают. Стою на дне, а воду чувствую исключительно ушами, которые заложило. Пелена темно-синего цвета перед глазами примерно на 50 процентов портила видимость.
Передо мной танцует пара, вроде бы вальс, будто в замедленной съемке и заметно, что это чистая импровизация. Внимание акцентирую на платье, которое принимает настолько изящные формы, что запечатлеть на камеру хочется буквально каждую секунду. Оказывается, под этой юбкой девушки носят плотные черные колготки и будто слитые с ними туфли на высоком каблуке. Бесконечно красиво. Ощущение, что я смотрел на это часа 4.
Позже оказываюсь в библиотеке — тоже какой-то предмет, скорее всего литература. У меня в руках старый сверток, из которого в буквальном смысле сыпятся пыль и маленькие куски бумаги. Читаю и смотрю иллюстрации самого громкого в истории существования, скажем так, Вампиризма, убийства.
Неисчислимое количество жертв, неизвестен виновник, но у него есть визитная карточка, при помощи которой и прославился. Позы жертв всегда были строгими и не допускалось ни одного исключения: лицом в пол, руки по швам, ноги сложены, одежда выглажена и без повреждений. На телах тоже не находили признаков насилия, однако головы целиком от макушки до шеи были залиты густым слоем крови. Странно это или нет, но полы всегда оказывались чистыми: на них кровь не попадала даже несмотря на позу.
Вот я уже стою на втором этаже и смотрю на своего классного преподавателя. Мертвого, с окровавленной головой, лицом в пол, но тело в неестественном положении и одежда отвратительна: желтая, в цветочек, к тому же рваная.
Слышу неторопливый шаг: уверен, что это преподаватель по физре. Он всегда так ходит — еле поднимает ноги и шумит. На цыпочках пробираюсь к лестнице, спускаюсь, пытаюсь спешить настолько, насколько это возможно. Слышу, как он останавливается возле, как мне казалось, трупа, начинает с ним диалог. Преподаватель встает (судя по звукам, не без помощи учителя физкультуры) и отвечает на его вопросы.
Куда бы я ни пошел, слышал сзади их непрекращающийся диалог-рассуждение. Иногда прятался за стены, кусты и прочие предметы, следил за тем, как они идут плечом к плечу, держат руки сложенными за спиной и все еще не замолкают. А идут они именно за мной: в их фразах периодически мелькает мое имя. Настолько долго пытался скрыться, что паника постепенно перетекла в раздражение от тупости их умозаключений. Гундят и гундят, гундят и гундят. Сколько десятков часов уже прошло? Не выдерживаю:
— Да заткни ты свой рот, ну пожалуйста!!!
Почему-то надеялся, что меня не заметят при таком раскладе. По этой причине искренне удивляюсь тому, что теперь они смотрят в глаза и шагают ровно на меня, вместо обходных путей. Подбираю с асфальта откуда-то взявшиеся домашние вещи и бегу к подъезду. По пути, почти добежав, проснулся.