1
Широка, необъятна матушка Волга. Мерно несет свои зеленовато - голубые воды могучая река вниз до самой Астрахани. Простор ее радует глаз. Велика река. Возьмет и разольется в необъятную ширь и не видно тогда нигде берегов, одна вода да и только. А то вдруг, через несколько километров, соберется в нормальное русло и течет по нему, лишь заходя ненадолго в заливы и затоны, заливая береговые леса . И стоят деревья и кусты по грудь в воде. Да затопит на время заливные луга, и мужики на самодельных деревянных лодках плавают по вновь объявившемуся проливу, собирая плавучие бревна и хворост, запасая их на растопку зимних печей. А сами домой и не торопятся, стараются дотянуть до вечера и порыбачить на вечернем клеве, да еще посмотреть на закат солнца. Проводить его на ночь, а потом ждать когда оно проснется и обогреет их теплыми весенними лучами после прохладной ночи.
Хороши вечера на Волге! Мелькнет последний золотой лучик солнца в зеленых листьях деревьев и сгинет за рекой. И разольется малиновый закат такой красоты, что не возможно отвести глаз. И потемнеет небо, не видно голубизны, развернется черным бархатом с алмазными россыпями далеких звезд. Выйдет на небе полноликая луна, глянет на Волгу любопытными глазами и бросит в реку полупрозрачную дорожку. И заблестит река серебром. Засияют волны ярким светом, отражая в воде луну и звезды, и заколышутся они на темной воде , и покажутся такими таинственными , как будто скрывают чей -то секрет. Задрожит лунная дорожка на воде, заискрится мелкими искорками и побежит навстречу трех палубному пароходу c белыми трубами, из которых вьется серый дымок, и который своими огнями похож на уличный сухопутный трамвайчик, идущий по водяным рельсам. Далеко раздается знакомый мотив <Прощание славянки>, летит он над Волгой и где - то далеко- далеко затихает.
Безмолвие опускается на реку и, кажется, что она засыпает. Ветерок, чуть заметный, старается колыхнуть ее воды, но напрасно. Волга мерно поднимает могучую грудь и тихо дышит в тишине, и кажется, что ничто не может потревожить эту тишь. Потемнеет река, и только луна до самого утра будет плескаться в ее водах. Вдруг на берегу в лесу ухнет ночная сова, да заплачет иволга, и сон сразу покинет рыбаков. Запахнет костром, и запах пряной ухи далеко поплывет по берегу. И зазвучит над Волгой любимая песня рыбаков <Волжанка>:
<Над водой березки, елки, дым рыбацкого костра,
Хороши весной на Волге золотые вечера.
Если б в шутку ты спросила, я ответил бы всерьез,
Что на свете нет красивей золотых твоих волос>.
А под утро опуститься туман над водой и стоит до самого восхода солнца, стелиться по воде, колышется и ничего не видать вокруг. А потом мелькнет лучик солнышка, разрежет седой туман и рассеет его бесследно. Солнце опустит золотые нити в реку, проснется она, яркими светлыми струями заблестит, будет переливаться вода. Поднимет могучую грудь река и погонит мелкие барашки волн по своему необъятному простору. И отразятся в воде белые облака с клочком голубого неба. Поднимется легкий ветерок, поиграет волнами, да улетит на берег Волги, потрепать тонкие ветки зеленых ив, тянущихся к воде. Да заберется на песчаные плесы, поднимет зернистый песок на берегу, да покидает его в воду. Замутится плес, но очень скоро уляжется песок на дно и посветлеет вода, станет прозрачной. Проснется лес, зашумит на ветру молодыми листьями, заскрипит. И проснутся птицы, запоют, величая весну, свои веселые песни. Вот слышно пение щегла, а вот и закуковала кукушка. И рыбаки бросятся считать оставшиеся года, кто со смешком, а кто и со страхом. Потом переберут сети, в которых вьется волжская рыба, да ерзают взад- вперед, попавшиеся в сетку с рыбой раки. И засобираются нехотя домой, соберут в лодку улов, да и отправятся каждый по своим деревням, где их ждет хлопотливая хозяйка с оравой голодных ртов. Радостными криками встретит ребятня долгожданную кормилицу, и будут с радостью лопать душистую уху да жареную рыбу, приготовленную матерью.