Олэсь Танасович ( в девичестве Александр Афанасьевич) руководил кафедрой иностранного языка в местном университете. Всё у него складывалось прекрасно. Доктор наук, профессор. Коллектив просто курятник - одни женщины. Политические взгляды, возраст, наличие родителей на оккупированной территории, гуцульское происхождение, национальность, имя-отчество - всё было высшей пробы согласно остроте политического момента.
Так что с этой должности сместить его никто не мог - некому. И стоял он на этом пъедестале, как на Волге утес - несокрушимо.
Единственное, что слегка омрачало безоблачный небосклон, так это наличие аспиранта Валика, который когда-нибудь может защитится и претендовать на трон.
И решил Олэсь не дожидаться, пока грянет гром, и выкинуть Валика с кафедры.
В этом направлении на кафедре имелись некие сложности - все аспиранты женского пола не дожидаясь финала или уходили в декрет, или уезжали в Европу мыть посуду в ресторанах Лондона. Таким образом план по аспирантуре регулярно проваливался, что немного огорчало.
И Олэсь придумал гениальный план. Отправить Валика на войну. Как раз назревала трагедия под Илловайском.
Расчет был филигранно точен. Если Валик закосит, то к нему приклеится клеймо НЕпатриота. Если он туда таки пойдет, то там и упокоится. Если выживет, то там сопьётся. И на все претезии ученого совета по поводу отсутствия аспирантов можно сослаться на войну. Мол, воспитывали, леляли, а вот злая война всё смешала.
Сделка с военкомом потянула всего на тысячу долларов - очень мудрое инвестирование в будущее. Сумма пустяковая - за сессию выгребают в двадцать раз больше.
Для того, чтобы Валик не успел выкрутится, одновременно с приходом повестки на кафедре развернулись торжественные мероприятия:
- выпущена стенгазета "Защитник Родины среди нас";
- организовано торжественное собрание коллектива для напутствия будушего защитника: мол, не посрами честь кафедры иностранных языков, пулям не кланяйся, береги патроны ...
- организован сбор средств на покупку бронежилета;
- прощальный ужин с распеванием патриотических песен;
- общая фотография на память. Вечную.
На бронежилет собрать денег не удалось и Олэсь Танасович от множества щедрот своих подарил наколенники, которые остались от детского увлечения дочери - скейтбординг. Как от себя оторвал.
Ушел Валик служить , как в омут. Ни слуху, ни духу. Мать на звонки реагировала нервно, сразу начинала плакать.
Обычно забирали на год. Прошел год, другой, третий. Ни слуху, ни духу.
Нет, его конечно, не забыли. На всяких проверках и комиссиях Лэсь Танасович гордо рассказывал про сотрудника кафедры, который защищает рубежи дальнего пограничья. Его портрет висел на кафедре на почетном месте, и даже стали подумывать о том, чтобы повесить мемориальную доску на фасаде. На всех торжественных застольях обязательно пили за "наших защитников" тактично не называя имен и не чокаясь.
И вдруг , как черт из табакерки, Валик появляется на кафедре. Оказывается его , как специалиста по английскому, тут же приставили переводчиком при штабе. Очень далеко от передовой и очень близко к наградному отделу.
Переводил он не старушку через дорогу. Служил личным переводчиком не абы кого. И этот не "абы кто" устроил ему;
- защиту диссера;
- стажировку в штатах;
- фотографию с Бараком Обамой;
- сертификат военного переводчика;
- звание майора;
- ордена и медали.
На торжественном собрании по случаю возвращения героя Валик толкнул пламенную речь и поблагодарил за моральную и материальную поддержку . Он сказал, что помнит те наколенники, что ему тогда подарили. Он сохранил их и теперь вручит следующему , кто отправится на дальнее пограничье.
И Олэсь Танасович забеспокоился. Олэсь Танасович – в галстуке. Так вот – трогает за галстук себя, за ворот рубахи, за пуговки: вроде все застегнуто, вроде галстук завязан, но давит... Чуть-чуть.
Нет, Олэсь Танасович, от кармы не уйдешь.
Время дарить наколенники и время получать их в подарок.