К сожалению, в Тверской области нет никаких полезных ископаемых. Единственным её природным ресурсом является сама земля.
Наши люди и наша земля должны стать двумя отправными точками нового экономического и культурного развития. Уже сейчас мы видим, что XXI век будет веком информационных технологий и невиданного ранее дефицита продовольствия в мире. Поэтому одной из главных задач Тверского региона станет развитие высокопродуктивного и органического сельского хозяйства». Это всё так. Но каким образом обеспечить развитие сельского хозяйства?
От деревни к хутору
Поговорим как раз о первом таком пути. Этот путь заключается во всесторонней поддержке и развитии крестьянских хозяйств и личного подворья селян, которые должны стать важнейшим фактором возрождения сельских территорий Тверской области «здесь и сейчас», а также введения новых земель в сельскохозяйственный оборот.
Сегодня можно с полной определённостью говорить о том, что традиционная деревня в Тверском регионе исчезла безвозвратно. Подобного культурно-хозяйственного явления больше уже никогда не будет, необратимо изменились исторические обстоятельства, технологии, демографические показатели, бытовая и религиозная культура людей.
Реальная деревня обезлюдила. Критики могут возразить, что это не совсем так, статистика ежегодно фиксирует наличие более-менее значительного количества сельских жителей в Тверской области, что-то около трети от всего населения, но все, кто имеет глаза и совершает поездки в сельские территории, видят, что они действительно опустели. Оставшиеся в них, в большинстве своём, пожилые люди и различные асоциальные личности никакого серьёзного вклада в развитие своих местностей не вносят, а только доживают свой век.
Вместе с тем, та модель деревни и тот деревенский уклад, смерть которых мы наблюдаем, целиком принадлежат к закату советской эпохи. Мало кто знает, но значительная часть крестьян, вплоть до трагических событий коллективизации, раскулачивания и «укрупнения деревень» в 30-60-х годах XX века, жила преимущественно в хуторах. Именно хутор, а не деревня был главным типом поселения в сельской местности. Хутора представляли собой отдельно расположенные поля и леса, обычно от 10 до 50 га, в которых проживала одна или несколько семей. Такая площадь позволяла хозяйству полностью обеспечивать себя всем необходимым. То, что мы наблюдаем сегодня в Тверской области – большие деревни по 30, 40, 50 и более домов, явление по историческим меркам довольно позднее и для самих сельских жителей мало характерное. Начиная с 30-х годов прошлого столетия, крестьян насильно сгоняли с хуторов в деревни, превращая последние в подобие городов.
Сейчас, когда прежней деревни больше не существует, главным путём возрождения сельских территорий Тверской области остаётся возвращение к истокам – возвращение к хуторам и хуторскому типу расселения новых крестьян, когда каждое хозяйство будет занимать своё поле. Нам потребуется своя тверская Реконкиста: отвоевание наших земель у слепых сил природы. Заново превратить залежи и пустоши в пашни, сенокосы и луга – вот она главная задача Тверской области, от решения которой теперь зависит жизнь или смерть всего нашего региона, ведь именно крестьянское сословие является становым хребтом любой здоровой нации. Крепкие хозяйства принесут в сельскую местность желанный достаток и трудовую инициативу, взамен царящих там сейчас иждивенческих настроений, бедности и деградации.
И двумя важнейшими условиями этой новой тверской Реконкисты являются предоставление земли всем желающим для организации собственного хозяйства и опережающее развитие коммуникаций: реконструкция и строительство дорог, подведение электрических сетей к таким новым хозяйствам, предоставление качественных услуг связи и высокоскоростного подключения к сети Интернет. Именно эти два направления должны стать главными в деятельности органов местного самоуправления и государственной власти Тверской области. И если со вторым из них всё более-менее ясно: необходимо развивать дорожную сеть и транспортную инфраструктуру, дорожное сообщение между соседними районами, подводить электрические сети и линии электропередач к новых хуторам и поселениям, работать совместно с сотовыми компаниями над увеличением зоны покрытия сотовой связи и улучшением качества подключения к сети Интернет, чтобы жители сельских территорий имели возможность реализовывать свою продукцию и услуги по всему миру, то первое условие – предоставление земли всем желающим и привлечение новых крестьян – требует отдельного и более пристального рассмотрения.
Исторические примеры освоения сельских территорий
История знает множество успешных примеров по привлечению новых переселенцев на пустующие земли и созданию из них в последующем крепких хозяйств. Ограничимся тремя наиболее интересными.
Так, ещё в Древнем Риме имелся специальный государственный земельный фонд – ager publicus или общественное поле, где каждый полноправный гражданин мог занять такой участок, который он в состоянии был обработать. Со временем предельный размер земельного участка из состава общественного поля был ограничен 125 гектарами. Существовала также практика вывода на определённые участки ager publicus целых поселений римских граждан – колонистов, в таком случае, поселенцы получали от римского государства подъёмные ссуды в виде денег, посевного материала, сельскохозяйственных орудий и скота. Земельные отношения в Древнем Риме стали примером для многих государств современности, в частности для США.
В Соединённых Штатах в первой половине XIX века, из вновь присоединённых земель на западе страны, был создан общественный фонд свободных земель. В ходе Гражданской войны по инициативе президента Авраама Линкольна 20 мая 1862 года был принят знаменитый Homestead Act или закон о сельских усадьбах, согласно которому каждый гражданин США, достигший 21 года, мог получить из земель общественного фонда участок земли не более 160 акров (65 гектаров или половину предельного размера участка в Древнем Риме) после уплаты регистрационного сбора в 10 долларов. Закон вступил в силу 1 января 1863 года. Поселенец, приступивший к обработке земли и начавший возводить на ней строения, получал бесплатно право собственности на эту землю по истечении 5 лет. Участок мог быть приобретён в собственность и досрочно, при уплате 1,25 доллара за акр. По Гомстед-акту в США было роздано около 2 миллионов поместий общей площадью около 285 миллионов акров (115 миллионов гектаров), что составляет около 12% территории страны.
Несмотря на то, что ager publicus и Гомстед-акт уже стали классическими практиками в освоении новых земель, в истории Европы в относительно недалёком прошлом были и другие успешно реализованные переселенческие проекты. Как, например, малоизвестный опыт по привлечению новых переселенцев на пустующие земли, имевший место в Литовско-Русском государстве или Великом княжестве Литовском во второй половине XVI – первой половине XVII веков – «волочная помера».
В середине XVI века правительство Великого княжества Литовского задумало провести обширную реформу крестьянского хозяйства в имениях, принадлежавших Короне. Эта реформа имела своей целью, в том числе, привлечение новых переселенцев на пустовавшие до того земли. Все земли, находившиеся в собственности Короны, были разделены на примерно однообразные по количеству и качеству участки – волоки, по 19,5 десятин (20 га) на каждый волок, и введено обязательное трёхпольное хозяйство. На момент формирования волок, громадные пространства в государстве, пригодные для обработки земли, ещё не были заселены. Оставались не только обширные пущи, обмежёванные, но не измеренные, даже среди сёл, уже отведённых под волоки, было много «непринятых» волок, то есть незаселённых, только ожидающих переселенцев-земледельцев. Во многих местностях не занятой оказалось от половины до 3/4 всей разбитой на волоки земли. Правительственная администрация жадно ловила каждого крестьянина, желавшего взять волочный участок, и давала ему всевозможные льготы. Выработался даже особый тип «осадчего» – такого представителя Короны, который сзывал и осаживал крестьянина или на «сыром корени», то есть на заросшем участке, или на ранее разработанных участках пашни.
Как общее правило, каждый крестьянский надел состоял из одной волоки, но, кроме того, крестьяне имели самую широкую возможность брать дополнительные земли в виде застенков, лишков, аренды озёр и входов в лес. В среднем же на одно хозяйство приходился 1 волок пахотной земли, а всей земли с разного рода прирезками – до 1,3 волоки. В Литовско-Русском государстве в середине XVI века, так же как теперь в Тверской области, недостатка в земле не ощущалось. Такой тип крестьянского хозяйства позволял свободно прокормить с волоки «доброго грунта» семью из десяти человек, учитывая низкий уровень агрикультуры той эпохи. Большая часть выращенного зерна шла на нужды самого хозяйства и корм скоту, но в урожайные годы крестьяне охотно выходили с излишками на рынок или делали запасы. Спустя сто лет, к середине XVII века, свободные земли исчерпываются, и раздача волок прекращается.
Опыт соседних регионов
Нельзя сказать, что примеры по привлечению новых переселенцев в сельскую местность относятся целиком к прошлому. Отдельные российские регионы пытаются активно работать в этом направлении. Так, например, свои проекты развития сельских территорий имеются у наших соседей из Ленинградской и Вологодской областей.
Ещё в начале 2018 года глава Ленинградской области Александр Дрозденко предложил реализовать программу «Дальнего ленинградского гектара» для желающих заниматься развитием крестьянских и фермерских хозяйств. Механизм реализации программы имеет много общего с «дальневосточным гектаром»: земельные участки из состава земель сельскохозяйственного назначения будут предоставляться в аренду на три года без торгов, при успешном развитии хозяйства по истечении этого периода получатель гектара сможет выкупить его в собственность за 3% от кадастровой стоимости участка, а не за 15%, как это установлено земельным законодательством сейчас. Кроме того, в регионе планируют предусмотреть дополнительные меры финансовой поддержки переселенцам, а также разработать для них пакет экономических льгот. В целом по Ленинградской области фонд перераспределения составляет 258 тысяч га, и в региональном комитете управления государственным имуществом отмечают, что в случае успешной реализации программы, он может быть расширен за счёт земель запаса.
Похожий проект будет реализован и в Вологодской области. Как сообщают вологодские СМИ, проект «Вологодский гектар» будет протестирован на территории трех пилотных районов Вологодской области. Проект «Вологодский гектар» даст возможность тем, кто занимается сельским хозяйством: гражданам, юридическим лицам, фермерским и крестьянским хозяйствам – бесплатно получить земельный участок под ведение сельскохозяйственной деятельности. Всего в ходе его реализации планируется раздать 500 тысяч гектаров пустующих земель сельхозназначения. Важной составляющей данного проекта является то, что его авторы не собираются ограничиваться одним гектаром, а исходить из фактических возможностей конкретной территории, по факту площадь выделенной территории может быть существенно больше одного гектара, например, 30-50 га. Кроме того, правительство Вологодской области рассмотрит дополнительные меры поддержки для тех, кто решит участвовать в этом проекте.
Планируется, что оба этих проекта начнут реализовываться с этого года. Но в любом случае, само наличие таких программ, как «дальний ленинградский гектар» и «Вологодский гектар» показывает, что политикой по привлечению переселенцев на пустующие земли можно проводить и на уровне региона, не дожидаясь соответствующих федеральных программ и изменений в федеральном законодательстве.
Крестьянское поселение на Селигере
С лета 2018 года на территории бывшего Замошского сельского поселения Осташковского района компанией «Осташковское» реализуется очень интересный и уникальный в своём роде проект по созданию крестьянского поселения на землях сельскохозяйственного назначения. Если использовать исторические аналогии, то он наиболее близок к «волочной помере», о которой я говорил выше. Это первый опыт создания большого крестьянского поселения не только в Тверской области, но и в России, и уже сегодня можно подвести некоторые промежуточные его итоги.
Как показала опыт «Крестьянского поселения на Селигере», довольно большое число людей, проживающих сегодня в крупных городских агломерациях, в первую очередь в Москве, стремятся переехать в сельскую местность и завести своё собственное хозяйство. Например, только с начала реализации проекта приобрели землю уже 12-ть семей, и всего в этом году планируют приобрести ещё порядка 20-ти семей, если не больше. Практически все семьи многодетные, средний возраст супругов составляет 30-40 лет. Интерес к приобретению земли в таком поселении проявляют не только россияне, но и иностранные граждане, например, Германии и Франции.
Я не ошибусь, если предположу, что потенциальное число людей, желающих переселиться из мегаполисов и создать своё хозяйство, при условии наличия поблизости единомышленников, составит не менее 100-200 тысяч. Причём, мотивы большинства новых переселенцев понятны. Спрос на натуральные продукты и ремёсла с каждым годом становится всё больше, часто подобные крестьянские хозяйства становятся центрами местного агротуризма. Кроме того, расширение зоны покрытия сети Интернет создаёт возможность для таких новых крестьян работать, в том числе дистанционно, а также реализовывать свою продукцию через социальные сети или Интернет-ресурсы.
Вместе с тем, многих людей от переселения на землю из города сдерживает отсутствие единомышленников – живущих по соседству точно таких же бывших горожан, а ныне крестьян. Именно в этом и заключается секрет успеха проекта «Крестьянского поселения на Селигере»: для многих семей впервые была создана реальная возможность приобрести землю на одной территории, где сами люди будут уже создавать свои локальные сообщества. А это очень важно для человека понимать, что он не один, что его окружают единомышленники, которые также стремятся к созданию своего крестьянского хозяйства, как и он сам, готовы работать и помогать друг другу.
Возвращаясь к опыту «Крестьянского поселения на Селигере», наиболее оптимально объединять земельные участки с таким расчётом, чтобы их совокупная площадь составляла 20-50 га. Площадь в 50 га – наиболее оптимальная в наших природно-климатических условиях для одного крестьянского хозяйства. Также земли нужно продавать в собственность, аренда людей, которые собираются создавать свои крестьянские хозяйства, переезжая для этой цели из крупного города, как показывает практика, не интересует вовсе. Такие люди собираются, что называется, врастать корнями в свою новую родину, и им нужно ощущение, что эта земля – их собственная, а не арендованная.
Новая переселенческая политика
В Тверском регионе имеется огромное количество пустующих земель. При общей площади земель сельскохозяйственного назначения в Тверской области в 2 млн. 575 тыс. га, в 2016 году в целях производства сельскохозяйственной продукции гражданами и юридическими лицами использовалось всего 718,7 тыс. га или 27,9%. Только в государственной и муниципальной собственности на территории Тверской области, по состоянию на 1 января 2017 года, находится 816,2 тыс. га земель сельскохозяйственного назначения. К этому количеству следует добавить ещё и невостребованные доли бывших колхозов и совхозов, которые лежат мёртвым грузом, а это дополнительно примерно 900 тыс. га. По самым скромным подсчётам, в нашем регионе в государственной и муниципальной собственности, в невостребованных долях, имеется не менее 1,5 млн. га свободных земель сельскохозяйственного назначения, пригодных для занятия сельским хозяйством «здесь и сейчас», либо которые заросли кустарником и мелколесьем, но их всё ещё можно ввести в сельскохозяйственный оборот.
Даже если бесплатно или за символическую плату раздавать до 50 гектаров земли сельскохозяйственного назначения под крестьянские хозяйства с правом возведения жилого дома, бани и хозяйственных построек, то получится не менее 30 тысяч полноценных ферм, в которых 30 тысяч семей смогли бы создать крепкие хозяйства и обустроить комфортную для проживания территорию. При условии, конечно, если раздавать по принципу «дальневосточного гектара» или Гомстед-акта в США, то есть без торгов, исключительно по заявлению гражданина.
В любом случае, эти земли пустуют и формат «крестьянского поселения» наиболее оптимален для введения их в сельскохозяйственный оборот. Других успешных примеров в нашей области просто нет. Кроме того, как показал всё тот же опыт «Крестьянского поселения на Селигере», приобретают землю для своего крестьянского хозяйства, в основном, либо уже многодетные семьи с 3-5-6 детьми, либо начинающие семьи с 1-2 детьми, но которые планируют доводить число детей до 3-5-6. А это реальный путь в новом освоении заброшенных территорий и возвращении людей обратно в сельскую местность – нормальных и работящих.
Но для этого необходимо законодательно максимально упростить для людей возможность получения земли под своё крестьянское хозяйство, строительства дóма и построек на этой земле. Без этого вообще ничего не получится. Все, кто сегодня стремится переехать из города в сельскую местность, настроены проживать не в деревне, а на своём хуторе. Проживание в деревне для этих людей неприемлемо по многим причинам, и их можно понять, учитывая её состояние. Регистрация для тех же граждан РФ не принципиальна, подавляющее большинство из них сохранят свою прежнюю прописку, но возможность возводить постройки на приобретённой земле – ключевая. Люди покупают не просто землю, а мечту, они рассчитывают жить на этой земле поколениями.
Необходимо продумать со стороны региональных и местных властей систему мер первой материальной помощи переселенцам для обустройства на новом месте, например, использовать при участии лесничеств, предусмотренные законодательством возможности получения деловой древесины на строительство дома и хозяйственных построек, производить расчистку заросших земель до состояния, пригодного для ведения сельского хозяйства, выдавать гранты на приобретение сельскохозяйственных животных (коров, овец, коз и лошадей) – это тот минимум поддержки, без которого не обойтись. И ещё раз повторюсь, важна именно система.
Разворачивающееся прямо на наших глазах движение по переселению людей из переполненных мегаполисов и крупных городов в сельскую местность открывает перед Тверской областью просто уникальные возможности. Создав режим максимального благоприятствования для таких переселенцев-горожан, наш регион может стать своеобразной «меккой» для всех тех, кто стремится организовать своё крестьянское хозяйство или ферму, и аккумулировать в себя бóльшую часть этого увеличивающегося людского потока. Непосредственная близость к Московской агломерации и Санкт-Петербургу служит для нас дополнительным конкурентным преимуществом.
В заключении хочется обратить внимание на одно важное обстоятельство. Для будущего любого народа сто крепких крестьянских хозяйств, имеющих в собственности по 50 га земли и в которых заняты сто семей, гораздо предпочтительнее, чем один агрохолдинг на 5 000 га со ста наёмными работниками. Крестьянские хозяйства, работая на себя и обеспечивая своих членов всем необходимым, всегда будут крепко стоять на ногах и иметь развитое чувство собственного достоинства, оставаясь оплотом традиционных семейных ценностей, где рождение каждого следующего ребёнка не обуза для тощего бюджета наёмного работника, а появление нового помощника или помощницы во всё более расширяющемся хозяйстве. Именно на появление такого нового крестьянства – настоящих хозяев своей земли, и должны быть, на мой взгляд, направлены все усилия властей.
Михаил ДРОНЬ