Помните анекдот про синие занавески? Филологи над ним не смеются. Филологи в нём живут.
Благодаря кипе прочитанных книжек мы можем найти где угодно отсылку к чему угодно - или, на худой конец, какой-нибудь завалящий устойчивый мотив. Но если мотив будет, скорее всего, приплетён в текст неумолимыми щупальцами вездесущей культуры, то отсылки - дело тонкое.
Однажды я, например, нашла в "CCTV" Оксимирона неуловимо знакомую мне сцену. В тексте песни этот момент выглядел вот так:
"Где-то трое лбов избивают больного,
Надев на него жабо, размалёванного, как клоун"
Ну, вы помните.
А теперь можно пойти за мной и залезть в роман "1979" Кристиана Крахта. И прочитать:
"В парке я увидел клоуна, обутого в большие красные ботинки, он кормил голубей арахисом или поп-корном. К его запястью были привязаны четыре разноцветных воздушных шара. На его обсыпанном белой пудрой лице застыла добродушная улыбка. Он присел на корточки, и стая голубей окружила его, несколько птиц опустились на его плечи, голуби хлопали крыльями и, отталкивая друг друга, клевали орешки.
Вдруг из-за куста выскочили четыре бородача в черном и набросились на клоуна".
Конечно, почти ничего похожего в этом нет. Но именно так работает голова не только филолога, а и любого человека в постмодернистскую (точнее, простигосподи, метамодернистскую) эпоху. Мы привыкли вскрывать связи между явлениями, окружающими нас, и только попробуйте нам помешать!
P.S. Ещё одна занятная сцена из Крахта: пока в Иране происходит Исламская революция, загадочный трикстер по имени Маврокордато показывает герою, как он раздражает власть имущих. И вот как:
«Я сейчас проделаю маленький алхимический фокус, кое-кому он очень не понравится», – сказал Маврокордато, повернул телевизор и начал скручивать свой кабель с кабелем камеры наблюдения.
«Понимаете, в последний момент я перережу соединительный кабель, камера несколько мгновений не будет ничего показывать, потом я скоренько направлю камеру на экран и восстановлю связь. Вот так. Попробуйте догадаться, что станет снимать камера».
«Ну…»
«Минутку. А теперь… Presto».
Он нажал на кнопку включения, и на экране появился маленький телевизор, сотни раз отражающийся в себе самом, во все меньшем масштабе; вереница изображений уходила в бесконечность, теряясь в середине телемонитора.
«Камера теперь все время, пока ведет съемку, видит только саму себя, – сказал Маврокордато. – Блестяще, не правда ли?»
«Но кто это оценит?»
«Охранник, естественно. Я проделываю такую штуку каждый вечер, с разными камерами, на протяжении вот уже двух недель. Поторопитесь, нам пора сматываться. Никто не будет терпеть это безобразие целую ночь, самое большее, если нам повезет, – часа два»
Интересно, что было бы, если бы реальности этих двух текстов столкнулись? :)