Меня нужно отправить в местком – сразу, как только эти сообщества граждан снова появятся в моем многострадальном отечестве в трудовых коллективах. Я буду его председателем! Я буду выдавать материальную помощь нуждающимся, разговаривать с ними, сочувствовать и помогать словом и делом! В этом я вижу свое предназначение.
Давно, еще когда все мы были молодыми и чушь прекрасную несли, у моих подруг сгорела гостинка. Они там жили вдвоем – две сестры, к тому времени еще незамужние и бездетные. Отец купил им гостинку и они в ней жили.
Сейчас одна живет в коттедже, а вторая – не знаю где, я ее давно не видела, но не в гостинке точно, потому что в последний раз она приезжала на машине стоимостью в три гостинки. Наверно, в пентхаусе, кто ее знает?
А тогда кто-то из них поставил на плиту кипятить белье в большом тазике и забыл про него. Кажется, это была Лена. Она поставила белье, натерла в тазик хозяйственного мыла на крупной терке, включила плиту на максимум и ушла за помадой. А может в гости к кому-нибудь. Не ко мне – я жила далеко, мы с Ромой к тому времени уже переехали. В общем, ушла.
Примерно часа через три домой пришла с работы Оля. Если я ничего не путаю, она тогда работала в казино. Она открыла входную дверь и увидела пляшущие огоньки. Что делает любой вменяемый человек в таком случае? Правильно, он бежит через всю комнату открывать окно, чтобы проветрить помещение от дыма! Что из этого обычно получается, знают все – огонек начинает полыхать значительно веселее, потому как новый приток свежего воздуха и ветерок «окно-дверь» этому чрезвычайно способствуют! А о том, что в седьмом классе нам рассказывали, что для процесса горения обязательно нужен кислород, в такие минуты мы забываем. Вот и Оля забыла.
В общем, комнату долго тушили всеми возможными подручными средствами, в том числе водой из аквариума. Потушили, естественно, но вид жилье приобрело самый что ни есть плачевный! И жить там было грустно.
Поскольку Ленка в те времена работала в каком-то приличном государственном месте – в магазине, что ли, ей выдали на работе материальную помощь. И она поехала домой – позвонила Ольге, сказала, что на новые обои и краску для батареи им теперь хватит и сейчас она вместе с деньгами выезжает домой. Но сначала по дороге заедет ко мне и договорится, чтобы мы с Ромой помогли им эти обои клеить. Оля в недобрый час эту идею одобрила.
Надо рассказывать, чем дело закончилось? Лена пришла ко мне, и начала рассказывать мне в лицах, как тяжела судьба погорельцев! Я предложила ей денег – много у меня не было, но что-то там от зарплаты оставалось. Она гордо сказала, что у нее есть – ей выдали материальную помощь. И предложила – раз уж так удачно совпало – пойти в ресторанчик неподалеку от моего дома и выпить там по рюмашке. С нами пошел Рома и Ленкин парень по имени Саша. Оле мы звонить не стали…..
Примерно к трем утра деньги у нас кончились – и Ленкины месткомовские, и мои честно заработанные, и Ромины, и Сашины. Зато мы подружились в ресторане с местными проститутками и танцевали с ними ламбаду – я, естественно, впереди, за мной паровозик из женщин с пониженной социальной ответственностью, а замыкала это дело Лена, потряхивая накачанной задницей – не хуже, чем у Лены Миро. У нас с ней тогда был бзик по спорту и мы не вылезали из спортзалов, которые в девяностые росли как грибы.
Рома и Саша резвились как дети и орали в унисон: «А можно всех посмотреть?» Чего ж нельзя – и мы опять шли мимо паровозиком!
Пьяная я очень добрая! Когда всех проституток разобрали работать, а мы под ржанье наших мальчиков разъяснили желающим охватить и нас, что «мы не такие», я увидела за соседним столиком женщину с печальным лицом. И пошла ее утешать! Я терпеть не могу, когда рядом со мной в такие минуты оказываются люди с печальными лицами. Человек создан для счастья, как птица для полета! – говорил Максим Горький. И я отправилась внушать незнакомке эту простую и прекрасную истину.
История оказалась банальна до оскомины, даже описывать сейчас стыдно - женщину пригласил в ресторан женатый любовник, и тут позвонила жена с криком, что дома прорвало батарею – пришлось откладывать соитие и шуровать по месту постоянного жительства устранять поломку, потому что телефон аварийки жена не знала. Интернета тогда не было и возможности выяснить вопрос посредством онлайн не было. Как водится у женатых мужиков, он на любовницу плюнул и рванул к жене, даже не расплатившись.
Это сейчас я понимаю, что ничего такого тут нет, 95% представителей сильного пола именно так себя и ведут, потому что любовниц много, а жена одна, и той батареей, если не придешь, можно получить по горбу, но тогда мы просто изумлялись мужскому коварству! Я рассуждала о том, что произошла страшная, но красивая в своем трагизме драма, которую почему-то опошлили текущей батареей….Это сейчас я понимаю, что черт с ними, с любовницами, а вот паркет от горячей воды может и деформироваться, и перспектива перекладывать пол гораздо хуже всех любовниц, вместе взятых….Даже если любовницы приедут к нам помогать, потому что в этом есть и их вина!
После курса психотерапии, которая свелась к врачеванию душевных ран спиртовыми компрессами и похлопыванию бабы по плечу со словами: «Ну ничего, ничего!», я твердо пообещала обиженной одинокой женщине, что мужик после того, как батарея перестанет течь, всенепременно разведется с женой и женится на ней. Она воспряла, рассчиталась за своих жареных кальмаров и ушла, напоследок поцеловав почему-то Рому.
Мы тоже собрались. Лена пресекла попытки наших мужчин прихватить с собой по проститутке каждому, так как «нельзя бросать друзей в ресторане!», после чего они с Сашей поехали домой. На чем, не помню. Может пешком пошли – там километров 15 всего. Мы с Ромой звали их с собой, но они почему-то отказались. А мы жили рядом, буквально в двух кварталах.
По дороге – было примерно четыре часа утра, может, самое начало пятого – я увидела телефон-автомат. А у меня в кармане был жетон! И я почувствовала непреодолимое желание позвонить Оле и сообщить, чтобы она не волновалась, потому что Лена уже едет!
Оля, как водится, вообще не волновалась. Дозвонилась я не сразу, но раза с пятого Оля трубку взяла и сказала, что Лены пока нет. А я, естественно , задала ей вопрос, который в таких ситуациях вежливые и воспитанные люди всегда задают своим собеседникам. Этот вопрос звучал банально: «Оля, ты спала? Я тебя не разбудила?»
- Ну что ты, Наташа! – успокоила она меня. – Сейчас половина пятого утра, какой сон? Я ждала твоего звонка!
Хорошие у меня подруги, правда? Кстати, Лена домой так и не пришла. До подъезда они с Сашей добрались, а вот подняться на 9-ый этаж не смогли. И спали под деревом возле подъезда. Там их Оля утром и нашла. И даже не стала спрашивать, где месткомовские деньги – все и так было понятно.
Больше делать ремонт они меня не звали – справлялись собственными силами. И я их понимаю – и печень целее, и деньги. Правда же?