- А я знал, что она проклятая, - твердил Олег. – А вы всё «дёшево да дёшево! Шесть типографий закрылось и в каждой она побывала. Теперь и наша скоро уйдёт в небытие из-за неё.
- Не говори глупостей, мы справимся. Да, у нас типография небольшая, зато заказов много.
- Ага. И мы их все сорвём, благодаря этой куче металлолома. Вы же понимаете, что придётся платить неустойки? Это нас окончательно разорит.
- Не ной заранее. Я уже работаю над этим. Потяни время, через несколько дней у нас будет новая печатная машина.
- Прямо новая – новая?
- Да, как говорят, «муха на ней не сидела», а эту подремонтируем и продадим. Мы не закроемся. Обещаю.
- Сомнительно, народ уже шушукается, проклятье - штука такая, его не обойти. Те, у кого мы купили эту махину, где они? Нету их. Тоже, наверное, храбрились. Хоть вы и не боитесь, проклятие никуда от этого не денется.
- Так, - рявкнул Вениамин Аркадьевич, - ты ныть будешь или пойдёшь вызывать ремонтников, чтобы подшаманили это старьё?
- Уже бегу, - испуганно залепетал парень.
Шефа он таким никогда не видел, потому был немного ошарашен его поведением.
- И объявление не забудь дать о продаже, цену напиши ту же, за какую мы её купили, - прикрикнул вслед начальник.
Засунув голову в почти закрывшуюся дверь кабинета, Олег переспросил:
- За столько же? Да она ремонтами уже съела больше, это же тварь ненасытная.
- За ту же, я сказал, а будут торговаться, так скинь, нужно продать быстро! - снова прикрикнул Вениамин, топнув ногой, от злости на бестолковость парня.
Голова Олега исчезла, а дверь моментально закрылась.
Отработавшую своё машину забрали быстро, буквально на второй день после ремонта. Она всегда выдавала несколько идеальных напечатанных листов, словно боялась остаться никому ненужной. Точно так же в своё время провела и Вениамина Аркадьевича, который не слишком хорошо разбирался в подобной технике, зато горел желанием поскорее начать работу, открыть свою маленькую типографию, нести людям доброе и светлое, печатая чёрные буквы на белоснежных бумажных листах.
Он сдал бы машину в металлолом, но тогда кредит на новую добил бы их наверняка. Поэтому он просил не скрывать, что техника не новая, и гарантии на неё, конечно же, нет. Просил отметить, что оттого она и стоит недорого.
Олег не соврал покупателям, он передал всё слово в слово, отведя в сторону взгляд. Быстро избавившись от источника проблем, незаметно пнув металлическую старушку и буркнув про себя «слава Богу, отвязались», он побежал докладывать, что деньги уже на их счету.
Олегу пришлось уговаривать клиентов подождать, ссылаясь то на поломку электропроводки, то на поставщиков бумаги, нарушивших договор, то на поломку печатной машины. Из всего вышеперечисленного, лишь последний довод был правдой, но Олега, радующегося, что их типография избавилась от проклятой груды металла, это не смущало.
Новую печатную машину привезли быстро.
Работать пришлось почти круглосуточно, но график нагнали.
Тем, кому пришлось подождать, кроме извинений вручили небольшие подарки в виде визиток и скидок на следующий заказ. А через какое-то время, выплатив кредит, смогли приобрести ещё одну печатную машину.
- Вениамин Аркадьевич, вы – гений! Нет, вы - волшебник! Ни одной типографии до нас не удалось избавиться от проклятья даже после того, как они продали ту зачарованную машину, а вы смогли!
- Олег, не выдумывай. Я просто успел вовремя принять меры, не охал и не ахал, не завышал цену за то, от чего, протяни мы ещё немного, вообще не смогли бы избавиться. Прежде мне казалось, что можно подремонтировать и работать, боялся потратиться на качество. Ещё моя бабушка говорила «дорого да мило, дёшево да гнило», а я, глупый, забыл об этом.
- Я так и знал, что вы какой-то старый заговор применили, надо записать, вдруг пригодится.
- Запиши, запиши, оболтус, - засмеялся шеф. – Договора надо соблюдать, клиентов не подводить по времени и по качеству, не жадничать, чтобы быть конкурентоспособным – вот это и есть магия, а остальное – жизненный опыт.
@ Лана Лэнц