– Смотри, что я достал! – встретил девушку радостный голос в прихожей. Молодой человек аккуратным движением вынес руку из-за спины и продемонстрировал банку. Несколько маленьких, едва видимых светлячка, лениво мотались от одной стенки к другой.
– И что? – удивилась она. – Ты достал... сверчков?
– Это не простые сверчки...
– А какие? Радиоактивные что ли? – улыбнулась девушка своей же шутке.
– Раздевайся, покажу.
Девушка в ответ пожала плечами и принялась переодеваться в домашнюю одежду. Молодой человек в это время занимался какими-то приготовлениями и что-то ворчал себе под нос.
– Готова?
– Да.
– Заходи.
Девушка аккуратно отворила дверь спальни и увидела нечто непривычное. Шторы были плотно задернуты, а единственным источником света был небольшой переливающийся шар в углу комнаты. Рабочий стол был сдвинут в угол, а в центре комнаты на полу лежали два коврика для йоги.
– Как тебе? – спросил юноша, вскинув подбородок.
– Миленько, – улыбнулась она и принялась гладить кончики розовых волос. – И для чего все это?
– Ложись рядом, – пригласил он, указывая на соседний коврик.
Заинтригованная девушка решила не задавать лишних вопросов и лишь молча выполняла указания. Юноша в это время открутил банку и поймал одного из сверчков.
– А теперь, постарайся не двигаться, – медленно проговорил он и посадил сверчка ей на нос. – Не кричи.
После этого он сам лег на коврик и тоже посадил себе на нос сверчка.
– И что теперь? – шепотом спросила она его.
– Теперь смотри, – ответил он и взял ее руку.
Маленькое черное насекомое с длинными, зализанными назад усиками, казалось, тоже смотрит на нее. Ощущение мерзости происходящего постепенно растворялось. Черные глазки гипнотизировали, погружали в сон. Девушка на мгновение прикрыла глаза. Поднимать веки оказалось неимоверно тяжело. Но первые, едва видимые очертания заставляли стараться еще сильнее.
Теперь сверчок на носу не был просто черным жучком. У него выросли небольшие, но неимоверно прекрасные крылья. Они были покрыты переливающимися чешуйками, будто хвост сказочной русалки. Сверчок махнул крыльями и в лицо подул свежий ветер. Глаза защипало. Еще взмах. Девушке пришлось зажмуриться. Она еще некоторое время ощущала порывы теплого ветра, а потом все стихло, и её глаза открылись.
– Какого... – девушка пыталась что-то сказать, но слова застряли где-то в горле. Теперь ее рука не сжимала пальцы молодого человека, а держала огромный букет цветов. Комната, в которой она закрыла глаза, тоже исчезла. Теперь она стояла перед большим двухэтажным зданием, а вокруг бегали какие-то дети.
– Ну что, готова, милая? – послышался чей-то голос позади. Девушка обернулась.
– Ты... Не может... – перед ней стоял ее дедушка, почивший более пяти лет назад.
– Может, – с теплой улыбкой ответил он.
Девушка только сейчас поняла, что и она сама изменилась. Короткие розовые волосы вернули свой прежний цвет и превратились небольшую косу. Ноги вновь стали короткими, а руки мягкими и слабыми.
– Деда! – крикнула она и принялась обнимать старика в поношенном классическом костюме.
– Ну, что ты, милая. Это всего лишь я, – с небольшим стеснением удивился старик.
– Но как? Я сейчас... Комната, сверчки... – Слова комкались между собой и прорывались вперед, будто живые.
– Не знаю, но нам пора внутрь. – Он указал на здание, и девушка все поняла. Это была музыкальная школа. Та самая, в которую пятнадцать лет назад отвел ее дедушка.
– Так это... – девочка искала нужные слова, но казалось, в них не было никакой нужды. Старик медленно закрыл глаза и качнул головой.
– Пойдем?
– Да, – согласилась она и покрепче сжала его ладонь.
За 30 минут все воспоминания ожили и заиграли с новой силой. Она вновь проходила процедуру первого урока, получения нотной грамоты. Она смотрела на теплое, светящееся старческое лицо и что-то в ее сердце сжималось сильнее. Она знала, что это всего лишь воспоминание, но оно было столь реальным и осязаемым. Она могла ощущать тепло его рук, чувствовать фактуру бумаги, и слышать всю какофонию окружающих звуков. Дети, музыкальные инструменты, сверчки... Последние с каждой секундой звучали все сильнее. Девочке даже пришлось вновь зажмуриться. Открыв глаза, она снова оказалась в своей комнате, лежа на коврике для йоги. По щекам стекали слезы, а пальцы сжимали руку молодого человека. Она развернула голову в сторону и спросила:
– Что это было?
– Волшебные сверчки, – с улыбкой ответил он, утирая свои слезы второй рукой.
– Это было... так реально.
– Потому они и волшебные, – ухмыльнулся юноша.
– А что видел ты?
– Я видел папу. Он учил меня чинить машину и слушать двигатель. Могу поклясться, что мои руки были по локоть в мазуте. – Он вытянул свободную руку и посмотрел на нее. Цветные огоньки, которые исходили от шара в углу, бегали по пальцам, просвечивали чуть потемневшие волосы. Но никакого мазута не было. – А ты?
– Дедушку. Его счастливое лицо. Он мечтал сам отвести меня в музыкальную школу. Мне было так тепло и уютно.
– Да. Это все они. – Парень бросил взгляд на стоящую банку.
– Откуда они?
– Лучше не спрашивай. Ещё?
– Да, – согласилась она, и юноша вновь посадил сверчка сначала на ее нос, потом на свой. И снова маленькие создания замахали крыльями, унося сознание на десятки лет назад. В тот вечер эти двое снова оказывались детьми и повторяли свои самые приятные воспоминания. Они впервые пробовали жевательную резинку, чувствовали запахи первых книг, и теплые, как парное молоко, соленые волны.
Самые приятные и самые лучшие воспоминания, которые снова и снова заставляли чувствовать себя маленьким ребенком. Ребенком, перед которым были открыты все пути, вкусы и чувства. Бесценное ощущение, которые мы позабыли, назвав себя «взрослыми». Может быть, однажды, мы вновь почувствуем его, найдя свою «Волшебную банку».
Конец