В Белоруссии мне запомнилось, как на другой стороне небольшого поля за холмом открыто стоял немецкий "Тигр", и подбил три наши "тридцатьчетверки", когда те необдуманно показались на опушке леса. Подойти к немцу с тыла не было возможности, и тогда комбат мне заявил на голубом глазу: «Ты же, я слышал, командир САУ-152? Значит, тебе "Тигра" и уничтожать!» Конечно, ему было легко разглагольствовать, но приказ надо было выполнять. Я погнал свою самоходку к подножию холма, и мы начали потихоньку подтягиваться к вершине. Я осторожно выглядывал из люка, и вот, немецкий танк был перед нами, на другом краю поляны.
Моя рубка даже не успела полностью показаться над вершиной бугра, как прозвучал залп. Гитлеровская болванка просвистела так близко от моего шлема, что я кожей лица почувствовал мощное завихрение воздуха. Механик сразу остановил наш "Зверобой", а "Тигр" успел сделать еще два выстрела, пока я пребывал в непонятках, что делать дальше. Видимо, над вершиной холма фрицу был виден лишь маленький кусочек моей рубки, потому что негодник оба раза промазал. Но позиция у него была беспроигрышная, так как он кормой уперся в крупное дерево, и вся местность у немецкого танка была видна, как на ладони. Двигаться дальше не имело смысла. Это означало немедленный и бесплатный билет в небытие. И тут я вспомнил, что моя самоходная гаубица умеет стрелять навесом.
На холмике торчал обрубок молодого деревца, видимо, срезанного шальным осколком. Подавая нужные команды механику-водителю, я откинул затвор и внимательно смотрел через ствол пушки. И мне удалось поставить машину так, что ось ствола моего орудия, обрубок на холме, и дерево, под которым пристроился хитроумный «Тигр», оказались на одной линии. Я осторожно опустил ствол пушки до той точки, в которой, по моему мнению, должен был стоять немецкий танк, зарядил снаряд и выстрелил. Осторожно высунув свою будку из верхнего люка, я увидел, что башня немецкого хищника валяется рядом с его оккультным бронированным телом. Из боевого отделения гитлеровского танка потянуло черным дымом, но наружу никто не вылез. Там теперь царило полное спокойствие и умиротворение, даже птички начали робко чирикать, а в кустах закопошился глупенький кролик.
После этого моего боя с немцем во фронтовой газете появилась статья прямо на первой полосе о том, как нужно подбивать немецкие танки "исподтишка". После войны я нашел экземпляр той газеты в одной из библиотек, и снова мысленно во всех подробностях прожил тот волнующий бой.
Командир САУ-152 Шишкарев Константин. «Когда немецкий снаряд баламутит воздух у самого носа».
