Несколько пачек рублей выпали у меня из общей охапки, когда я неуклюже пытался плечом открыть дверь из кабинки обменника в общий зал банка. Глухо матерясь, с трудом, неловко изогнувшись, двумя пальцами кое-как подцепил их с пола и почти бегом кинулся к выходу. Стоявший рядом бритый в адидасе и черном кожане наблюдал за мной с гадкой ухмылкой.
К тому времени на меня уже пялились все кто был в это время в банке, включая операционистов, привставших из-за своих барьеров для того чтобы получше разглядеть чудо, ошалело несущееся через зал и прижимавшее к себе внушительный, туго набитый полуразорванный пакет, из которого во все стороны торчали пачки купюр. Ну, не мог я предвидеть, что несколько пачек "зелени" в этом обменнике превратятся в полторы сотни упаковок "деревянных"! Крупных, мать их, у них видите ли нет!
У главного входа в банк, в припаркованном такси, развалившись на заднем сиденье, продолжал спокойно дымить сигареткой мой охранник. Я плюхнулся рядом на сиденье, с треском захлопнул дверцу, поехали. Мой взъерошенный и злой вид, сподвиг его на ленивый вопрос: Ты че такой, ошпаренный? В ответ я зло заорал: - А какого хрена ты со мной не пошел?! В ответ он промолчал. Я заметил, охранники, в большинстве своем, вообще, немногословны. В то время как он равнодушно обозревал окрестности, я все больше паниковал, думая, что я, со своими "миллионами", засветился не только в банке, но и на многолюдной парковке перед ним… В динамиках Smokie с надрывом голосили свое Needles and pins. Бритый адидас в черном кожане не выходил из головы... Инстинктивно я оглянулся в заднее окно - нет ли уже "хвоста"? Слава богу, "хвоста", вроде, пока не было. И встретился с добрыми и улыбающимися глазами Володи - охранника. " А я думал ты сам справишься" - молвил он томно. Тут меня прорвало:
- А ты че не работаешь, не охраняешь?!
- Дык, а че делать-то?
- Блин, ствол хоть достань, оглядывайся, подозревай кого-нибудь!
Володя удивленно посмотрел на меня и сказал снисходительно-спокойно:
- Да не ссы! Если захотят грохнуть, все равно грохнут - и он снова уставился в окно.