ГОСУДАРИ МОСКОВСКИЕ-10. ВОЛЯ И ВЛАСТЬ
Годы 1400-1425. На смену «Вечеру столетия» по логике вещей должен прийти рассвет нового. Но роман «Воля и власть» больше ощущается как вечер всей серии «Государи Московские», как ее закат. Последний законченный роман Дмитрия Балашова. Но роман, охватывающий важную и интересную четверть века русской истории.
На самом деле, разумеется, любая четверть века истории важная и интересная. Но именно с XV веком судьба обошлась несправедливо. И несправедливей всех именно с первой четвертью, с основной частью княжения Василия I. Она была обойдена вниманием и писателей, и кинодеятелей.
Хотя стоп! Как раз-таки один знаменитый кинодеятель ее коснулся. Не очень мною лично любимый Тарковский в фильме «Андрей Рублев». Здесь затронуты именно эти годы. Показан даже князь… ммм… кажется, Юрий Дмитриевич, брат Василия I. Показан и налет татар с нижегородским князем на Владимир. Да, один из знаменитейших советских и фильмов – и поди ж ты, аккурат о самом безвестном периоде истории.
Но навскидку я что-то больше не припомню художественных произведений, затрагивающих это время. Конечно, если не считать худлитом «Историю государства российского» Карамзина. То есть «Воля и власть» уникальна не только своим вхождением в такую серию, но уникальна она и сама по себе.
При своей уникальности «Воля и власть» выглядит каким-то несобранным романом. Действие его распадается географически. То автор сосредотачивается на русском севере – Вятка и прочие такие земли, то перебегает в Смоленск, то в Литву. Разумеется, периодически он возвращается в Москву как в центральную тему.
На севере Балашова заинтересовала вятская вольница и фигура бесшабашного Анфала Никитина, беглеца новгородского, бунтаря в душе и основателя протоказачьего управления на Вятке. Чем-то зацепила Дмитрия Михайловича тема этого круга, этой низовой демократии. Вроде бы вопрос совсем в стороне от темы романа, но ему уделено много внимания.
Дальше, Смоленск. Рубеж XIV-XV веков – время окончательного вхождения Смоленска в состав Литвы. Ну как окончательного? Лет на сто. Потом Смоленск сто лет числился за Россией. На полвека перешел обратно в Речь Посполитую, вернулся в Россию. Горячая точка на карте.
Так вот, Смоленск, практически всю историю серии «Государи Московские» находившийся даже не на задворках, а еще дальше, вдруг выходит на первый план. План Витовта. Хапнуть Смоленск, сожрать Псков, обустроиться в Новгороде – раз не получился ход конем (разгром и подчинение Орды со всей Русью махом), будем вести наступление тихой сапой. Используя свою дочь, княгиню московскую как агента влияния.
Смоленск покорился не сразу. И не будь его князь природный такой редкой сволочью, да получи он полную поддержку от Василия I, глядишь, и подавился бы Витовт первым же куском. Но не сложилось, и ушел Смоленск в Литву. Тут уж Василий задергался, заволновался. Начал выскальзывать из-под влияния жены, перечить и поперечить тестю.
Это отдельная тема – отношения князя и княгини. Изначально Василий, ослепленный любовью, целиком находится под каблуком у жены. Ох, и бесит же читателя такое положение дел. Ладно, сам тряпка, но ты ведь Русь продаешь, нашу Русь. Но позже князь берется за ум. Сколько торжества испытывает читатель, наблюдая за унижением Софьи. Какой сюжет даже для придворно-сопливого сериала. Только ведь не смогут.
В общем, дела идут ни шатко, ни валко. И тут нате тебе, Москва, получай очередное татарское нашествие. На Русь обрушился Идигу. Это не Мамай – у него войска значительно больше. Это не Тохтамыш – он умен и хитер. Но в то же время Идигу не силен в местных политических отношениях.
Описывается здесь и упомянутый захват татарами и нижегородскими князьями Владимира. Описывается он глазами нашего старого (уже реально старого) знакомого Ивана Федорова, который продолжает служить при митрополитах. К этому времени умершего Киприана уже сменил Фотий.
Из масштабных событийвременные рамки романа «Воля и власть» зацепляют Грюнвальдскую битву. Ей не достается столько же места, сколько битвам на Кондурче или Ворскле. И по справедливости, поскольку значение этой победы для Москвы скорее слабо отрицательное. Чисто субъективно радоваться тут так, как это делают в школьных учебниках, нечему. Лучше бы немцы побили Литву Витовта. Меньше бы амбиций и планов стало у этого хищника.
Как это ни удивительно, после прочтения все эпохальные события уходят на второй план. Книга кончилась, вот что главное. Балашов и не думал заканчивать на этом серию. Начатый им следующий роман с рабочим названием «Юрий» тому свидетельство. Но как-то так вышло, что в конце книги «Воля и власть» умерли все основные действующие лица. И в семействе князя, и в семействе Федоровых. Сама судьба или чума поставили точку.
Но нам еще предстоит прочесть постскриптум – незаконченный роман «Юрий».