В художественном фильме "Красная жара" есть отличный эпизод, когда Иван Данко, образцовый советский капитан милиции, проводит некое подобие допроса босса русской мафии по имени Виктор.
Иван, демонстрируя Виктору ключ, спрашивает его по-русски с дичайшим американским акцентом: "Что открывает этот ключ?".
Виктор, естественно, не собирается ему отвечать и посылает Ивана на три буквы, только в более изощрённой и креативной форме.
Мафиозник и милиционер не смогли найти общего языка, да и вряд ли бы его нашли: слишком большая разница в жизненных принципах и целях; слишком разный менталитет.
В итоге, как и всегда в подобных случаях, только сила явилась единственным инструментом Ивана для достижения своих, государственной важности, целей.
В фильме Иван государственной цели достиг и победил.
Наблюдая за развитием ситуации с Абызовым, Чубайсом, Дворковичем и остальными официальными лицами из их "компании", мне почему-то кажется, что есть некие параллели с вышеназванным фильмом.
С определённой оговоркой.
Иван Данко - это олицетворение наших силовиков, которые не без усилий, но всё-таки добились ареста яппи Михаила и встречают его со всеми почестями в "Лефортово".
Камеры уже оборудованы спецтехникой, соседи по "хате" подготовлены, заранее завербованы и проинструктированы.
Всё готово к приёму дорогого гостя и получению от него информации.
Наши современные "Иваны Данко" с одной стороны, а соседи по камере - с другой, будут задавать Абызову (или уже задают) аналогичный киношному вопрос: "Что открывает этот ключ?".
Но ответит ли на этот вопрос Михаил?
Что наши доблестные чекисты услышат от экс-министра?
Ключа, конечно, никакого нет, он воображаемый.
Но что по настоящему интересует силовиков, что они имеют в виду под понятием "ключ"?
Это действительно интересно и важно.
В этом и есть суть всего этого, простите, "кипиша".
В фильме Иван имел дело напрямую с Виктором.
В наше время так уже никто из мафиозников свою деятельность не осуществляет.
Никто из серьёзных криминальных мужей не работает "в миру" с "паствой" напрямую.
Зачем рисковать? Зачем подставляться самому, если для этого можно нанять (пригласить) специально обученных и профессиональных менеджеров.
Для работы с внешним миром, в целях собственной безопасности и безопасности своего бизнеса и денег, они сделали прокладки, фронтменов, например, таких как Михаил.
Эти фронтмены, мальчики и девочки, дяди и тёти, образованные, со связями, прекрасно воспитанные и вкусно пахнущие, претворяют в жизнь общую мафиозную концепцию; делают необходимое и требуемое количество денежных средств "в общак" и непосредственно хозяину, и, по мере надобности, подставляются под правоохранительные органы и специальные службы, для отвода глаз от основных игроков и их близких. Сами или по указке. Это не важно.
Важно то, что Абызов - это фронтмен.
А его продюсер неизвестен.
И это не Чубайс. Он тоже фронтмен. Только более опытный. Можно сказать, старший фронтмен.
Поэтому, наши "Иваны", задавая вопросы Михаилу, будут слышать то, что они хотят от него услышать. А реальной ситуации им никто не расскажет.
А в чём она, реальная ситуация?
Кто скажет?
Мы видим только последствия неких неизвестных манипуляций, производимых неизвестными лицами.