Катя Тихомирова, встретившая своего Гогу в 'Москва слезам не верит', сказала неправду, но для того и создается кино, чтобы мы могли 'верить и мечтать'. Жизнь в 40 лет во многом заканчивается, а не начинается, и отрицать этот факт было бы по меньшей мере глупо и нечестно. Точнее сказать, не в 40, а в 42, как это произошло у меня. В чем же это проявилось и у меня, и у сотен и тысяч знакомых и незнакомых мне женщин? 1. Внешность. Будучи русской женщиной, я с генами предков впитала необходимость и искреннее желание всегда следить за своей внешностью - делать различные процедуры и уходы, пользоваться косметикой, подбирать стильную одежду. В 42 все мои усилия стали мне казаться тщетными, а ежедневное нанесение макияжа напоминало фразу одной из героинь Виктории Токаревой 'Таак, будем создавать себе автопортрет'. Прежние средства и краски как будто 'съедались' тусклой кожей, создавая только два модных лука - бледного привидения и Марфуши из 'Морозко'. Все это вызывало желание вышвырнуть косм