Было время, когда владение электронными игрушками – телефоном, компьютером было признаком богатства и статуса, их могли позволить себе немногие.
Но это время давно прошло.
Цифровых услуг становится больше, цифровой мир расширяется.
И он становится уделом бедных.
Новый символ статуса – избегать виртуального мира и цифровых услуг.
Такую особенность наступающей диджитал-эпохи подметила репортер (может быть, даже репортерка?) Боулз из «Нью-Йорк Таймс».
Центральным примером она сделала пенсионера Билла Ланглуа.
Ему 68 лет.
Он живет в комплексе для пожилых людей с низким доходом.
Кажется, у него даже есть жена (тут я не совсем понял).
Но главное, у него есть кошка по имени Сокс.
И эта кошка – компьютерный персонаж, в общении с которым Билл проводит все свое время.
На самом деле, кошка Сокс – это не программа и не робот.
Ею управляют работники стартапа Care.Coach.
Они наблюдают, слушают, печатают ее ответы.
Но Билл Ланглуа доволен, даже счастлив: «Она вернула меня к жизни».
Такова новая реальность!
Наступает цифровая эра.
Для всех, кроме очень богатых людей, обучение, жизнь, смерть проходит через экран, опосредованы экранами.
Компьютеры дешевле живых людей.
Это наше будущее.
У богатых не так, они избегают экранов.
Элита не хочет, чтобы дети играли с гаджетами.
Она не желает, чтобы воспитанием ее детей занимались обучающие программы.
Даже зависимость от телефона теперь не в моде – тебя должны слушать тогда, когда удобно тебе, и только тебе.
В цифровом мире человеческий контакт, общение, участие становятся роскошью.
И его могут позволить себе только богатые люди.
Ну, а бедные, и даже среднеобеспеченные, будут жить с экраном, программами и записями живых людей.
При этом важно учесть, что это не очень хорошо влияет на здоровье и интеллект.
Но кого и когда это останавливало?
Общество всегда разбито на классы.
И высшие классы обычно имеют лучшие условия.
Добро пожаловать в новый цифровой мир… для бедных!
Поразительно, но некоторые ждали от диджитал-эпохи новой волны демократизации.
И воплощения мечты об эгалитарном обществе.
Даже упразднения государства.
Реальность может оказаться совсем другой.