Когда мне было 16 лет, я встречалась с парнем 22-х лет. Я знаю, что это педофилия для некоторых, но мне было нормально, потому что не считала эту разницу в возрасте слишком большой. Мы с ним встречались с моих 15,5 и до моих 23-х лет.
Я ему никогда не рассказывала слишком много о своей семье, мне было стыдно. Дома меня регулярно били, но били по спине, ногам и рукам, животу, лицо не трогали, чтобы у них не было проблем с законом. Я тоже об этом молчала. Попасть в детский дом из-за избиения не хотела. Для меня это значило перечеркнуть жизнь. Я понимала, что они это делают, потому что ненавидят меня, так как я залетный ребенок. В какой-то момент я пришла из школы и почувствовала запах алкоголя и дикую вонь курева.
Моя мать и отец бухали на кухне. Когда я зашла и хотела открыть окно, чтобы проветрить комнату, на меня наорали. Чувство самосохранения у меня отключилось, и я вступила с ними в спор. Я пыталась им сказать, чтобы не пили так много. Алкоголь ударил в голову, видимо, мой отец разозлился и начал орать мне, что я испортила им жизнь. Без меня им было прекрасно, но тут появилась я, аборт делать было уже поздно. В детский дом сдать меня не смогли, потому что стали бы обзванивать других родственников и сообщать об этом. А для них это позор. Мать сидела за столом и давила слезы горечи. Он увидел, что она плачет. Может, это было последней каплей, но после этого он избил меня.
Вся спина черная, щеки и лоб красные, от ударов по ногам начала хромать. По сравнению с этим — все предыдущие побои казались цветочками. Я доползла до комнаты, пока он остывал, чтобы позвонить парню. Сквозь слезы попросила меня забрать, объяснив, что случилось. Он пришёл в бешенство и хотел набить морду моему отцу, но я уговорила его этого не делать. Я собрала свои вещи и переехала к парню.
До окончания школы жила у него. Потом поступила в универ. Мне было стыдно жить за его счёт до совершеннолетия, но он не видел в этом большой проблемы. Он первый человек, которому я полностью доверилась и не пожалела. Он стал мне опорой, благодаря ему я ещё жива. Год назад мы втихаря расписались. Теперь он мой муж. После того случая с родителями больше не общались, я уже почти не помню, как они выглядят. У меня теперь есть семья в лице моего мужа и его добрейшей матери, которая заменила мне биологическую. Все эти ужасы я никому не желаю пережить. Но я благодарна судьбе за то, что у меня теперь всё хорошо. И мы с ним родители красивого и умного кота Бориски)