Итак, как же началась эта история? На занятиях по английскому языку мне всегда говорили, что свой доклад очень даже неплохо начать с вопроса. Создать интригу, так сказать. Вопрос должен быть обязательно риторическим, это ведь не диалог со слушателем, это доклад. Так и в моей истории. Как же она началась?
Началось всё не очень радостно. Я была далеко от дома. Деревня, жаркое лето, слышно сверчков, ночных птиц и шепот ветра. Это лучшее место для отдыха, правда, через неделю городской житель может сойти с ума от такой тишины, но всё же. Знаете, во всех деревенских домах бывает такой запах, его ни с чем не перепутаешь. С одной стороны, он словно душный, тяжёлый, отдаёт сыростью. Но, с другой стороны, в нём какая-то свежесть, какой-то особый быт, своя история. Я в ту ночь спала, укрывшись до глаз одеялом , мне снились прекрасные сны, а может снов и не было вовсе. Но ночь была прекрасна, такая тихая, нежная. И что-то вдруг пошло не так. Воздуха стало внезапно мало. Лёгкие стали сжиматься, в груди стало горячо, в горле запершило. Я резко вскочила, сделала глубокий вдох. Дышать было тяжело, лежать невозможно. Здоровье меня всегда подводило, простуды и постоянный насморк. Но чтобы до такого дошло – такого ещё не было. Хотя, последние несколько дней я чувствовала себя не очень хорошо. Просыпалась слишком рано, кашель не давал мне спать. В таком случае я шла на небольшую кухню и делала себе чай с лимоном. Тогда ещё я считала, что чай с лимоном может быть панацеей от всех бед, как от физических, так и от душевных. И вот я сижу на краю кровати и понимаю, что чай тут не поможет. Проснулась мама. Знаете, мамы, они всегда чувствуют, когда что-то не так. Даже сейчас, когда я нахожусь за тысячи километров от дома – мама всё равно всегда знает, что у меня на душе. Вот и тогда она знала. Я дышала достаточно неровно, при вдохе и выдохе был характерный хриплый звук. Было почти очевидно ,что заболела я серьёзно, вследствие выяснилось, что у меня воспаление лёгкого. Но в ту ночь я и подумать не могла, что так заболела. Мне стало страшно, наверное, так страшно мне ещё никогда не было. Мама подняла весь дом, в комнатах загорелись лампы, вскоре все уже были на ногах. Мне стали давать какие-то лекарства, но от них мне становилось только хуже. А может они и вовсе не действовали. Не помню как, но я оказалась на улице. На крылечке у дома стояла табуретка, на ней я и сидела. Было очень темно. В городах не бывает таких тёмных ночей. Свет от уличных фонарей, вывесок, машин, реклам, небо никогда не становится полностью чёрным. Его просто затягивает какой-то чёрный смог и всё. Из города порой даже звёзд не видно. Хотя с балкона нашей квартиры я часто наблюдала за Большой медведицей или за Орионом. Мне нравилось разговаривать со звёздами, в надежде, что когда-нибудь звёзды ответят мне на все мои вопросы.
Так вот, в деревне ночи совсем не такие. Порой, ночью сложно разглядеть, что у тебя под ногами. Но есть один весомый плюс – достаточно только поднять голову. Можно увидеть целую карту звёздного неба. Ту самую небесную сферу, про которую написано в каждом учебнике по астрономии. Все, даже не самые яркие звёзды, видны отчётливо. Исключением были ночи, когда небо было затянуто грозовыми облаками. Итак, я сидела на табуретке, рядом сидела мама, на ступеньках крылечка сидел папа. Я не помню выражения их лиц, но понимаю только сейчас – им было невероятно тяжело. А мне было страшно, я смотрела на свои ноги и рыдала. Именно не просто плакала, а рыдала. Думаю, что у каждого было что-то такое. Когда слёзы так и катятся, огромными каплями, горячие. А ещё они падают прямо на пижаму, оставляя большие влажные пятна. Но мне было не до пятен, я смотрела на свои ноги. Накануне мы собирали малину, и я залезла почти полностью в малиновый куст. А он оказался с колючками, так что я была вся в царапинах, ноги в том числе. Я не могла спать однозначно. Как только я наклонялась – начинала задыхаться. Папа протянул мне свой баллончик. У него была астма, так что он частенько пользовался баллончиком. А сейчас он этот самый баллончик протягивал мне. Я помню, как он объяснял мне как им пользоваться, когда делать вдох, когда нажимать. Страх охватил меня настолько сильно, что я начала дрожать. Это был единственный раз в жизни, когда я дрожала от страха. Я приложила баллончик ко рту. Всё было очень просто – нажать, резко вдохнуть. Газ должен был заполнить лёгкие и не давать им до конца сжиматься. Тогда пространства для воздуха будет больше и я смогу спать. Я нажала на баллончик и распылила вещество на язык. Случайно, конечно. Я очень сильно нервничала, потому сделала всё не до конца правильно. Родители меня успокоили, нужно просто сделать ещё одну попытку и всё получится. Я выровняла спину, приложила баллончик ко рту, нажала и резко сделала вдох. По ощущениям я вдохнула полной грудью свежий морской воздух, ощутила, как он заполняет мои лёгкие. Каждая клеточка внутри меня стала дышать свободно. Страх на секунду отступил. Да и вообще, всё это длилось секунды. Я убрала баллончик от лица и взглянула на небо. Такого прекрасного неба я не видела больше никогда и вряд ли когда-нибудь увижу. Оно было чистейшим, словно исчезла атмосфера, звёзды, спутники, мерцания. Красовался огромный млечный путь со всеми его составляющими маленькими солнцами. Внезапно, в атмосферу ворвались два метеорита. Я увидела их только тогда, когда они начали сгорать и взрываться где-то высоко в небе. Беззвучно, быстро, молниеносно. Кусочек неба окрасился тёплыми оттенками – жёлтый, оранжевый, красный. А потом они исчезли, два маленьких кусочка чуда. Им даже не удалось долететь до поверхности нашей планеты. Ещё на полпути они превратились в пыль. А звездное небо снова приняло свой величественный облик. Млечный путь, миллионы звёзд – маленьких солнц. И мне стало легче, дрожь прошла, страх отступил. По щеке скатилась ещё одна горячая слеза, на пижаме появилось ещё одно влажное пятно. А в небе было всё так же много звёзд… Вот так и началась эта история.