Из всех моих начальников за трудовую биографию, А.А. особенно выделялся.
Это был невысокий мужчина известной национальности, с печальными глазами, уставший от всего этого окружающего мира.
Свой первый рабочий день я начал тогда, явившись ровно в 9 утра, побритый и пахнущий парфюмом, с ежедневником и ручкою в зубах и заявил, натурально, «ДОБРОЕ УТРО, БОСС!!»
Умные черные глаза посмотрели на меня и я услышал, "Здравствуйте юноша, вы случайно не заболели?"
Я не заболел. На прежнем моем месте работы, в телефонной компании, ключевым событием дня была оперативка. После нее уже никого не интересовало, где ты, жив ли, чем занят и не спишь ли на кроссе в куче кабеля. Но на ОПЕРАТИВКУ, ты был явиться обязан. Советская школа, хуле.
Я стукнул копытами, выразив немедленную готовность что-нибудь углУбить, расширить, а то и возглавить, а мой новый шеф с удивлением смотрел на меня.
- Зачем вы пришли, юноша?
- Да на оперативку, босс.
- Да? Ну, пойдем курить.
Так началась моя работа на ниве промышленной автоматизации.
Шеф никогда не повышал голоса, никого не штрафовал, никого не ругал. Нет, иногда мы, конечно, слышали доносящиеся из его кабинета крики и страшный треск разрываемых жоп. Но нас это не касалось. Каким-то образом он смог мотивировать бригаду молодых, но уже вполне сложившихся долбоебов, с широким опытом уклонения от трудовых обязанностей.
Никому не было обещано золотых гор.
Однако довольно быстро мы все поняли, что надо вкалывать. И мы вкалывали.
Освоившись с однолинейными схемами и сбором телеметрии, я уже почитал себя настоящим энергетиком. А сгоняв пару раз в МРСК Урала, то и вовсе задембелевал.
И тут подходило время сдачи рабочего проекта, на кону стояло больше миллиона долларов.
Надо было ехать на объект. Командировка обещала быть непростой, но подтягивались коллеги-товарищи из Москвы, из нашей же конторы, наша часть была в целом, процентов на 50, готова и мы собирались ехать. На самом деле, лично у меня были жесткие сомнения в готовности проекта, но шла последняя неделя квартала, записку нашу мы обозвали технорабочим проектом и покатили.
Шеф сказал не ссать, и мы не ссали.
Теперь я понимаю, что было настоящей целью командировки, но и поставить придуманные Сименсом коробочки, шеф тоже, видимо, собирался.
Станция находилась довольно далеко от ЕКБ и мы, забрав в Челябинске коллег-москвичей, явились на место. Объект стоял посреди чистой степи, по территории объекта энергетики натурально проходила госграница, пристанционный поселок составлял примерно 11 тыс населения и было в нём три улицы и четыре дома.
Поселили нас в каком-то пустом пансионате.
Коллеги-москвичи немедленно удивили меня, спросив, где здесь находится ночной клуб.
Машзал ГРЭС представлял собой готовую декорацию к фильму «Обитель Зла». Огромные корпуса, многокилометровые переходы, горящие кое-где тусклые лампы, странные звуки. Подсознательно ты был уже готов, что сейчас сверху прыгнет хэдкраб или выскочит зомби. Зомби были тоже, но они были далеко внизу, возле электрических машин, мы же обитали на пандусе в районе 5 этажа.
И только металлический Ленин стоял и указывал куда - то в темноту. Или в светлое будущее.
Милу Йовович, ждать, однако, не приходилось.
Командировка началась.
На раздербан миллиона долларов съехались довольно толстые и румяные представители Заказчика. Видно было, что это обеспеченные, богатые люди. В энергетике тогда вообще было много денег, и миллион баксов не казался уж такой великой суммой, но...
Энергетика щедро кормила своих славных сынов.
Каждый день утром шеф уходил с ними обсуждать дела, а мы как крысы шныряли по территории, ближе знакомясь с объектом и разглядывая поле нашей будущей деятельности. Ведь схемы и планы это одно, а шкафы и кабели - всё-же другое. Сопровождал нас специально обученный инженер, главной задачей которого было следить, чтоб никто из нас не сунул пальцы в розетку.
И вот наступил четверг, день подписания акта сдачи выполненных работ.
Собственно в этом и была цель командировки, это была главная и единственная по сути, миссия.
Миссия звучала: «ПОДПИСАТЬ. АКТ. ВЫПОЛНЕННЫХ. РАБОТ».
На объект явилось самое Главное Руководство Заказчика, парковка украсилась крузаками и лексусами.
Мы должны были явиться в зал совещаний, как представители исполнителя, для количества, но просто молчать
Короче, как говорили классики, золотая пыль дрожала в воздухе.
И вот на свет божий из сумки одного из коллег-москвичей торжественно появляется акт выполненных работ, украшенный печатями, визами и разными подписями разных наших и не наших директоров.
Заказчик взяли его, Главное Руководство Заказчика занесло уже уже Паркер для подписи и вдруг спросило.
- А чего это у вас в акте сумма цифрами указана 36 миллионов 458 тысяч, а прописью прописано 36 миллионов четыреста восемьдесят пять тысяч рублей?
Руководство на то и руководство, чтоб обращать внимание на подобные несущественные детали.
Шеф натянул на нос очки и посмотрел в бумагу. Потом дал ее нам. Мы тоже посмотрели в бумагу. Действительно, цифрами была указана одна сумма, а прописью - немножко другая.
- Ну, и какого хуя? - строго спросило Главное Руководство.
- Ну, и какого хуя?, - спросил шеф у коллег-москвичей. Москвичи не знали. Шеф попросил 10 минут и вышел из зала звонить в Москву.
Надо сказать, ситуация сразу стала критической. Был четверг и предпоследний день квартала. Все мы понимали, что сегодня мы или подпишем акт и получим свои деньги или все это будет отложено минимум на квартал, которые мы можем и не прожить, вернувшись без подписанного акта.
Кроме того, Высокое Руководство, которое мы оторвали от его важных дел, могло больше и не подписать с нами никаких бумаг. Оно вообще собиралось сегодня - же уехать и больше никогда не видеть эту станцию, всех нас и скачущих по степи сайгаков.
Вернувшись, шеф сообщил нам - Долбоёбы.
Они знали. Они там в Москве уже три дня знали, что в акте допущена опечатка, но не сделали ровным счетом ничего, даже не предупредили нас об этом.
Надо сказать, что связь со станцией была. А как-же. Иначе оная станция не смогла бы выполнять Дневной Диспетчерский График. Но линия сия была проложена при царе Горохе и использовалась исключительно диспетчерами.
Телефонная связь была натурально, как у барда:
"Девушка, слушайте! Семьдесят вторая!
Не могу дождаться, и часы мои стоят...
К дьяволу все линии - я завтра улетаю!..
Вот уже ответили.
Ну здравствуй, это я!"
Об интернете там и не слышали, а ближайшая сотовая вышка была наверное как раз в Челябинске. По мааабиле впрочем, особенно было не побеседовать, дороговато было даже для знатных энергетиков.
Про мобильный интернет не слышали в то время даже мы сами.
Москвичи сообщили - мы вышлем вам новый счет факсом.
И выслали.
Услышав об этой идее и узрев полученный нами факс, Высокое Руководство Заказчика изрекло нечто такое, что невозможно передать словами, но из чего можно было понять, что либо оно увидит у себя акт с синей печатью, либо ..... не увидит его.
СИНЯЯ ПЕЧАТЬ!!! Нам нужна была Синяя Печать. Она была в Москве. Если ты был в Москве, то нет никаких проблем приложить Великую Синюю Печать. Но, сука, мы-то были в степи.
Москвичи прислали скан акта на почту и сказали - да распечатайте на принтере и все.
Блядь. Ты сначала получи этот акт, а потом его распечатай, среди сайгаков. Модем на станции худо - бедно еще был, но с принтером была проблема. Он был один во всем городе.
Прорвавшись сквозь помехи, килободы и семьдесят вторых девушек, получив с почты скан, сжимая в руках флешку, мы явились к божественному устройству.
И выяснили, что картридж у него отсох за ненадобностью. Нового картриджа взять было негде.
Время шло и Высокое Руководство Заказчика стало проявлять признаки нетерпения.
Позвонив в сотый уже раз в Москву, шеф рванул на себе тельняшку и бросился на амбразуру.
Не знаю что он обещал, но нам дали время до 10 утра пятницы, после которого уже точно всем нам настанет финита ля комедия.
- Ты понял, что сейчас будет?, спросил меня шеф.
Понимать было нечего. принтера не было, бумаги не было, был факс, больше не было нихера, а было время до 10 утра следующего дня.
Нужно было получать бумажку с печатью. СИНЕЙ ПЕЧАТЬЮ,
И родился план. даже так. ПЛАНЪ
Сейчас мы стартуем в Челябу. К часу ночи туда прилетает самолет, на котором еще один москвич привезет этот блядский акт, а мы к 10 утра будем снова на объекте с бумагой. И с этой печатью.
Расстояние составляло около 200 километров, времени было достаточно, дорога была так себе, но терпимо. Мы поехали, предварительно убедившись что курьер из Москвы отправлен.
Прибыв к часу ночи в аэропорт, мы обнаружили севший самолет, но не обнаружили курьера.
Этот долбоёб опоздал на посадку.
Высадив москвичей в аэропорту, мы с шефом поехали назад на станцию. Добравшись, я пал в кровать и отрубился. Всё-же целый день на ногах, беготня. Да еще 400 километров ночных пробегов.
Проснувшись в 9 утра я обнаружил шефа, который медленно надевал чистую рубашку, застегивал запонки и разглаживал галстук.
- ААА!!!!! -, заорал я, - Шеф я сейчас!!!
- Спи, Юра. Теперь это только мое дело, ответил мне мой начальник и ушел в рассвет.
Вернувшись через пару часов он сказал.
- Долбоёбы.
И мы поехали домой.
Как славно быть ни в чем не виноватым,
Совсем простым солдатом, солдатом.