Продолжение. Начало в предыдущем посте
Вобщем однажды наступил час икс, момент истины и всё такое (буквально за несколько дней до приказа).
В столовую привезли запасы картофеля на зиму и личный состав отправился на его сортировку и занос в хранилище. Ну то есть не весь конечно же, личный состав. Лучшие из отборных воинов, самые опытные и достойные, заслужившие право на почетный отдых (попросту "старики" или "деды") рассосались по более интересным местам. Не, ну а чо - справедливо же, им уже не есть эту картошку то, им дембель уже светит. А молодые пускай о себе позаботятся.
Я тоже беззаботно шествовал по территории части в сторону своего объекта, где меня ждал телевизор и новые серии "Чип и Дейла", которые как раз должны были вот вот начаться. Телевизор мы приволокли из соседней деревни и один смышленый паренек сумел его реанимировать, что бы можно было смотреть мультики. А все эти мультки тогда были в новинку, и их смотрели и стар и млад.
А вот дежурный по части их не смотрел и потому встретился мне на пути. В армии один из основополагающих принципов "Не работающий солдат - потенциальный преступник" и каждый, кто может привлечь солдата к работе с радостью пользуется своим правом дело не по делу. Вот и этот старлей решил что именно меня не хватает на разгрузке картошки.
Я сказал ему "А, знаете, а я не согласен!" и сослался на свой срок службы. Он сообщил, что вертел мой срок службы на разных выступающих конечностях, и я все равно должен исполнить его приказ и отправиться грузить картошку.Тут я достал из рукава свой козырь и объявил ему, что это я с виду здоровячок, а на самом деле - чахлый и больной, о чем есть соответствующая справка, что я чудом еще задержался на белом свете, и каждая картофелина поднятая мной, приблизит меня к деревянному ящику, в который уложат мой хладный перенапрягшийся труп. Кому я пытался объяснить? Это же офицер - у них мозги поиначе устроены. Ни логика, ни здравый смысл, ни сострадание там и не ночевало. Перспектива, что я умру на тяжелых работах его еще больше раззадорила и он продолжал гнуть свою линию - иди и таскай картошку.
У меня остался самый главный аргумент и козырь, и я не преминул им воспользоваться: "Идите, вы, на ***, товарищ старший лейтенант!" сказал ему я и зашагал туда, куда и намеревался идти.
Вот есть люди, которые в лепешку расшибутся, но постараются что бы последнее слово осталось за ними. Лейтенант был такой же - догнал меня и стал донимать вопросами типа "А командиру части ты такое скажешь?". Я ответил утвердительно. Он сказал "Ну посмотрим" и таким образом оставил за собой последнее слово в затянувшейся дискуссии.
Офицерское слово кремень, а тем более слово такого вредного говнюка, каким был тот старлей. Потому не прошло и половины часа, как за мной примчался дежурный по роте и сказал, что меня вызывает командир части. Я обрадовался такой перспективе побеседовать с отцом-командиром насчет моего затянувшегося увольнения, раз уж представился удобный случай, и доверчиво отправился к нему. Но он не был расположен со мной беседовать на эту тему, а сразу начал разговор на повышенных тонах.
Я узнал о себе много нового - и все время я был плохим солдатом, и толку то от меня никакого, и сейчас я уже вконец оборзел и так далее и тому подобное.
Я начал возражать, что его субъективное мнение о моих качествах складывается на том простом основании, что я ни разу ему, алкашу, не поставил ни одной бутылки. И что по этой причине он ни разу меня не отпустил в отпуск. И недвусмысленно намекал на бутылку водки, стоявшую на его столе - видимо более лучшие солдаты его за что-то подогрели.
Командир решил мне доказать, что алкоголь не является его страстью, и не в водке дело. И в доказательство он взял эту бутылку и жахнул об пол. Как-то в душе у меня зашевелилось сомнение - не перебрал ли я лишку в своей откровенности и прямолинейности? Ибо уж если такой алкаш ценитель хороших напитков в сердцах разбил бутылку, причем непустую - то видимо я серьезно его достал. Но было поздно.
Командир воскричал громко, призвал того старлея и указуя на меня перстом огласил свое решение:
- Взять этого *****, под арест его, и держать на губе до тех пор пока приказ о демобилизации не выйдет, и еще подержать сверх этого.
И добавил:
- И никакие связи и родственники тебе не помогут!
А стоит сказать, что фамилия у меня весьма воинственная, и многие военнослужащие подозревали меня в родственной связи с одним известным генералом. Хотя эти подозрения и были беспочвенными, я приложил ряд усилий, дабы их не рассеивать, а и еще больше укрепить. Плюс еще некоторое стечение обстоятельств помогло мне в этом (может как нибудь напишу - а то сейчас слишком много текста).
Вобщем старлей, ранее посланный мной решил что справедливость восторжествовала, и его попранное самолюбие будет отмщено. Радостно потирая руки он отправил меня "готовиться к заключению под стражу". Не знаю что он вкладывал в это понятие, но готовиться не собирался. Я опять был не согласен с таким оборотом дела. И отправился опять к себе на объект: досмотрели с пацанами "Чип и Дейла" (к сожалению начало я пропустил), нажарили картошки и стали коротать вечер за приятной беседой.
Конечно же главной темой был мой демарш против произвола российских офицеров. Пришли к выводу, что возвращаться в казарму мне не стоит - будет худо.
В дверь опять постучал дежурный по роте. Мы его впустили - оказалось он пришел по мою душу.
Дежурный по части желал меня видеть. Я его видеть не желал совершенно. Хватило и того, что из-за него я мультики просмотрел. Я отправил пришедшего воина восвояси, вручив ему устное послание:
- Такой-то свалил нафиг домой, видел он вас всех в гробу и в белых тапках, и больше не досаждайте ему своим неуместным вниманием.
Но армия это не то место, где тебя так легко оставят в покое. Через какое-то время в дверь опять постучали. Пришлось мне как голипоттеру телепортироваться через камин в наше тайное убежище. Гонца впустили, и он поведал, что в части какой-то нездоровый кипеш по поводу моего отсутствия и меня очень-очень хотят видеть. Ему сказали увы, мол, уехал ваш герой. Он ушел.