Они стоят поодаль друг от друга.
-Ни пяди земли не отдам! - говорит Мария брату .
-Мать оставила дом мне, всю жизнь кормил вас , поил , а вы на меня в суд подали.- отвечает Михаил .
-Да побойся Бога , кого ты поил , кого ты кормил?-
Расстояние между ними стало опасно уменьшаться..
У Клавдии Алексеевны было трое детей. Дочери Мария и Варвара после школы уехали в город, вышли замуж и приезжали к матери в гости раз в год , а то и реже.Они были спокойны за мать , ведь их старший брат Михаил жил в деревне на соседней улице с матерью и помогал ей . Михаил присматривал за матерью, привозил продукты и лекарства, обеспечивал дровами.
Он чинил родительский дом , деревянный , добротный, очень большой , в котором Клавдия Алексеевна жила одна после того как дети стали жить отдельно. Этот дом казалось, был живым . он скрипел иногда по стариковски по ночам или вздыхал, наверное, мыши ему досаждали .
Этот дом казался Михаилу таким уютным и полным воспоминаний. Он мало изменился со времен его детства, ведь Клавдия Алексеевна не любила перемен, не хотела ничего менять и даже по прежнему стирала вручную , хотя сын установил стиральную машину.
Клавдии Алексеевны не стало в восемьдесят девять лет. Она оставила сыну дом в своем завещании, написанном за четверть века до смерти.
Спустя полгода Михаил вступил в наследство, оплатил госпошлину, никто из сестер ему и слова не сказал..
А потом началось.. Сестры попросили Михаила переписать на них дом, ведь у них дети , внуки, а у Михаила и так свой дом есть.
Михаил сначала согласился , а потом задумался. Племянники стали завозить стройматериалы для стройки и Михаил понял , что дом им не нужен, они хотят построить на его месте новый.
И он отказался переписывать дом и стройку запретил.
И тогда сестры подали в суд. Дело из домашнего и семейного превратилось в судебное. Сестры завещание опротестовали, заявив , что завещания не было, что брат сам его написал, дал взятку и провернул это дело.
Они судятся до сих пор. Уже не имеет значения ни память о матери ,ни ее последняя воля , ни прожитые в согласии годы .
Никто не хочет отступиться , уступить от своего. Они кричат, что ненавидят друг друга и на своих похоронах друг друга видеть не желают.
Такой вражды между чужими быть не может. Чужие делят деньги, имущество и власть , но не память . Чужим не вспомнить , кто кого кормил, кто кому пуговицу на рубашку пришивал и пек блинчики , что бы накормить . У чужих обиды друг на друга , простые , не отягощенные кровным родством и старыми счетами и обидами.
А люди вроде бы самые обыкновенные, неизбалованные, трудящиеся, всю жизнь прожившие в согласии совестью и законом.
Но если спросить детей Клавдии Алексеевны, что же они сделали для того, что бы их матери спокойно спалось в родной земле?
Не знаю , что они смогут ответить ..