Давайте рассмотрим следующую ситуацию.
Представьте, что в настоящий момент вы находитесь на одной из стадий бракоразводного процесса, который рассматривается в суде. Вы активно делите имущество с вашей супругой. Поделили уже все: квартиру, дачу ложки, вилки и даже стульчик от пианино. Определили, с кем будут жить ваши дети, каков будет размер и порядок уплаты на них алиментов. И на этом, казалось бы, стоит разойтись, пожав руки и мысленно проклиная друг друга за бездарно потраченные лучшие годы жизни. Однако в последний момент ваша супруга (или супруг, как вы понимаете, это не играет роли) заявляет в судебном заседании, что в вашей совместной собственности имелся автомобиль, который вы продали и непонятно куда дели деньги.
На этом моменте судья задумчиво смотрит на вас, а Фемида в знак женской солидарности готова пронзить вас мечом в сей же миг.
Что делать? Супруга задала вопрос, а вы не знаете, как на него ответить. Все деньги ушли на общие нужды, а доказать этого вы не можете.
На первый взгляд может показаться, что закон на стороне вашей супруги.
Согласно действующему законодательству, владеть, пользоваться и распоряжаться совместно нажитым имуществом супруги могут только по обоюдному согласию. Если будет остановлено, что один из супругов распоряжался совместным имуществом по своему усмотрению, не заручившись поддержкой другого супруга, то в таком случае, при разводе он обязан возместить половину стоимости такого имущества.
Однако есть очень большое «НО». Опять-таки согласно действующему законодательству, если один из супругов ссылается на то обстоятельство, что совместное имущество было продано вопреки его воле и не в интересах семьи, то именно на этого супруга возлагается обязанность доказать высказанное им предположение.
Таким образом, если ваша бывшая жена говорит о том, что вы продали автомобиль против ее воли и не интересах вашей семьи, то именно она, а не вы должна доказать это обстоятельство. Именно на нее законом возложено бремя доказывания.
Данная позиция нашла свое отражение в недавнем определении Верховного суда по делу № 18-КГ18-235 от 11 декабря 2018 года.
Иван Наяндин