Вся наша жизнь переменилась, когда Брейн, собака с сильной травмой головы, прилетел к нам из Краснодара. На тот момент — семимесячный щенок с хвостом-ниточкой, несклепистый подросток переходного возраста. Было это 20 сентября 2011 года.
Чуть отойдя от самолетного наркоза и оказавшись дома, среди наших мирных и спокойных собак-старожилов, Брейн вдруг показал невероятное — кинулся в драку. Не успели мы оттащить его от одного пса, как он бросился на второго, потом на третьего — и так по кругу за один вечер передрался со всеми. Я к такому была не готова по двум причинам. Во-первых, щеночек Брейн оказался серьёзной детиной с силушкой богатырской. Во-вторых, Псиномать ваша тогда была неопытна в собачьих потасовках — ни разу до этого случая наши собаки друг с другом не дрались.
Но мы взяли ответственность за эту собаку, а значит приняли его в Семью со всеми проблемами. Для начала мы записались на общий курс дрессуры, а затем выписали ещё и кинолога для индивидуальных занятий. Нам очень хотелось вернуть в семью спокойствие и тишину, которые Брейн с каждым днем нарушал и разрушал с завидным усердием. Нелегко поверить, но от этой милой морды другие собаки прятались под шкафы и залезали на спинки диванов.
В конце концов единственным, кто построил самого Брейна, стал Аро, наш пожилой овчар-восточник. Это была забавная история, когда после истеричного лая и валяния по полу оба замерли в милейшей мизансцене: Брейн с выпученными глазами лежал на спине с прижатыми к животику лапками, а Аро, согнувшись над ним как Акела над добычей, с широченной улыбкой держал в зубах брейновские, простите, яйца. В тот момент Брейн переосмыслил своё место в стае и понял, что нифига он не главный.
Шло время. Курс ОКД Брейн усвоил на пять с плюсом, но домашние проблемы это не решило. Они только добавились. Брейн стремился разрушать квартиру и преуспевал: полностью разобрав полы до бетона, он вгрызался в стены, потрошил двери и ходил по потолку. Уезжая на съемки, мы распределяли собак по комнатам, и Брейну доставался коридор в единоличное пользование. Очень скоро от этого коридора мало что осталось. Обои, линолеум, все-все было съедено до самых основ. Потихоньку мы начали звать пса не Брейном, а Крокобрейном за это умение пожрать ВСЕ вокруг себя.
Но самое печальное заключалось в том, что Брейн начал проявлять агрессию к нам. Он кидался без предупреждения и сразу в лицо. Росточка пес уже тогда был такого, что без труда ставил передние свои лапы с милыми розовыми подушечками мужу на плечи. И когда кидался, то прыгал сразу вверх, а не в ноги, при этом поводов на броски мы не давали и предугадать их поначалу не могли. Впрочем, кидался Брейн не только на нас. Я никогда не забуду, как он однажды стоял в коридоре, внимательно смотрел в пустоту, а затем развернулся в прыжке и стал грызть стену, которая была у него за спиной.
Мы повезли товарища по врачам и получили заключение, о котором сами начали догадываться: детская черепно-мозговая травма оставила отпечаток на психике. Агрессия Брейна не связана с послушанием, плохим характером или нашими ошибками в воспитании. Она была непредсказуема как для нас, так и для Брейна. В силу своей старой травмы он живет в собственном мире и видит собственные глюки, которые охраняет или от которых защищается сам. Как в ту пору сказал мой муж: Брейн охраняет невидимые и нелепые предметы, только и всего :)
Обязательно почитайте:
Как Брейн появился на кладбище
Напишите в комментах — ждёте продолжение истории? И не забудьте подписаться, если ещё не в нашей тёплой компании ♥️ А кто продолжение знает — никаких спойлеров! 😉