Продолжение. Начало здесь.
Днем Нарым устроился поспать. А вечером, забравшись на подвальное окошко, увидел то, чего раньше не было. Окно было перегорожено прутьями, и дырки между ними были настолько мелкие, что котенок уже не мог пролезть.
Удивленный, Нарым проверил все подвальные окошки. И увидел, что все они перегорожены.
Это плохо. Это очень плохо. Потому, что Нарыму надо на улицу. Искать покушать.
Это люди думают, что кошки ловят и едят крыс. А на самом деле, пойди эту крысу поймай. Особенно если ты котенок пяти месяцев отроду. Некоторые крысы такому и трепку могут задать. Лучше не связываться.
А кроме как на крыс, в подвале охотиться не на кого.
Озадаченный и напуганный, котенок двинулся к гнезду бывшей мамы. Да, видеть она его рада не будет. Но, возможно, она знает, как выбраться из подвала теперь, когда все окошки закрыты?
«Мама! Мама!» - выбежал из гнезда котенок Серый Братец.
«Где мама? Видел маму?» - спросил котенок Черный Братец.
«Боюсь!» - заныла из гнезда Робкая Сестрица.
Нарым сел, и котята прижались к нему.
Совсем все плохо. Мамы нет. Выхода нет. Котята одни. И кушать хочется.
Нарым раз за разом уходил осматривать закрытые окошки – вдруг хоть одно из них откроется и, раз за разом, разочарованный, возвращался к котятам.
Хотелось есть. Было страшно. Мама так и не появилась.
Усталый, Нарым забрался в гнездо и улегся там. Котята тут же залезли на него, грея маленькие лапки. Угревшись, малыши замурчали, и Нарым, убаюканной кошачьей колыбельной, забылся тревожным сном.
Из забытья его вырвал голос мама.
«Дети? Дети?» - звала она раз за разом.
Нарым открыл глаза и осознал, что голос мамы ему не снится. Выбравшись из-под спящих котят, он двинулся на зов.
Мама была снаружи. Пытаясь просунуть голову через решетку, она звала и звала.
«Мама!» - окликнул ее Нарым.
«Где дети? Дети где?!» - спросила его мама.
«Дома. Иди к ним!»
«Не могу».
Даже голова мамы не могла пролезть между прутьями решетки. А взрослая кошка целиком – тем более.
Нарым понял: его последняя надежда пропала. Мама не знает дорогу из подвала. Она точно так же, как он, не может пробраться через решетку. Да и вообще, через такую решетку проберется разве что крыса… или котенок.
Молча развернувшись, котенок пошел по Большой Толстой Трубе. К гнезду.
Серый Братец, самый бойкий из котят, выбежал ему навстречу.
«Слышу маму! Где мама?»
«Мы – к ней!» - Нарым прихватил котенка за шкирку и понес.
Идти по Большой Толстой Трубе было удобно, а вот перелезть на тонкую, идущую мимо подвального окошечка – непросто. Еще сложнее – перепрыгнуть с нее на окошечко с малышом в зубах.
«Мама!» - Серый Братец без труда протиснулся между прутьями и побежал к кошке.
Нарым спрыгнул и пошел за следующим котенком.
К тому времени, как Нарым принес Черного Братца, мама уже унесла куда-то Серого. В новое гнездо, не иначе.
Робкая Сестрица, в отличие от братцев, спокойно висеть, пока ее несет Нарым, не хотела. Пищала и вертелась. Лишь с третьего раза удалось допрыгнуть до окошка и просунуть ее к маме.
Нарым висел, уцепившись лапами за подвальное окно, и смотрел вслед маме, которая уходила прочь, оставляя его в голоде и темноте подвала. Котята отправились с ней, на волю, к еде и свету. Значит, теперь Нарым остался один.
Что ж… зато они будут жить.
Нарым будет выходить еще не одну неделю, но я уже выбираю тему для следующей повести. Голосование за новую тему здесь.