Сейчас здесь все в унынии и запустении – одним словом «деревня». А около века назад богатейшая русская семья Юсуповых принимала в Коккозах царя Николая II и короля Мануэля Португальского, проводила костюмированные вечеринки и устраивала пикники. Коккозское имение в Крыму – настоящий потерянный рай.
Крым присоединили к России в 1783 году, он стал самой южной точкой империи. Экзотика, море, настоящие приключения – за этим сюда ехали все знатные семьи обеих столиц. После того, как полудикий Крым стал излюбленным местом отдыха российских монархов, самые богатые люди России посчитали нужным сезонно выезжать сюда, строить роскошные виллы, вести светскую жизнь. Крым стал модным курортом.
Август – Октябрь 1913, Крым, Николай II с дочерьми
На тот момент, когда богатейшая семья Юсуповых приобрела имение в предгорной татарской деревушке Коккозы (сейчас – Соколиное), у нее уже был дворец в Кореизе. Было принято решение построить здесь охотничий домик. Юсуповы пригласили знаменитого ялтинского зодчего Николая Краснова, который здесь же, в Крыму, реставрировал Бахчисарайский ханский дворец. Вдохновленный местностью и татарским традициями, Краснов привнес в образ нового здания местные мотивы: перепады черепичных крыш, островерхие каминные трубы, белоснежные стены, витражи и стрельчатые окна.
Н.П. Краснов, Эскизы усадьбы Коккозах акварель, 1908
В 1908 году у Юсуповых в семье произошла трагедия – из-за неразделенной любви погиб на дуэли старший сын, Николай. Словно желая забыться и отвлечься, все время Юсуповы посвящали Дому. Его построили всего за 2 года – к 1910!Красота здания и великолепие открывающихся видов было невозможно передать словами. Войти в усадьбу нужно было по деревянному мостику, перекинутому через речку Кокозку. Он являлся природной границей между дворцово-парковой усадьбой Юсуповых и деревней. Архитектор создал дом многоуровневым – за вспомогательными постройками неожиданно раскрывались главные и боковые фасады дворца. Этот прием он позаимствовал из мусульманской архитектуры. Перед глазами вырисовывались прекрасные асимметричные объемы дворца из белого известняка, над которым высилась видовая башня с обходной арочной галереей. В ней была столовая. Крыши видовой башни и всего здания были покрыты бирюзовой татарской черепицей, которую изготавливали крымские мастера, владевшие технологией, передававшейся из поколения в поколение.
Интерьер дворца также был создан под влиянием восточной экзотики, Фруктовой беседки и Золотого зала Бахчисарайского дворца. Стены гостиной, изрезанные в два ряда проемами разной конфигурации, сделали ее похожей на беседку. Мебель была скопирована с татарской – раскрашена яркими синими, красными и зелеными цветами. Восточные ткани покрывали диваны и стены, потолки и стены были украшены витражами. Восточные светильники, два ряда окон, диванчики с покрывалами и подушками, драгоценные ковры, циновки – от всего этого, по воспоминаниям Феликса Юсупова «исходило ощущение незыблемого счастья».
К Юсуповым в Крым приезжали король Мануэль Португальский, гость царской фамилии эмир Бухарский, царь Николай II писал матери своей: «неделю назад Юсуповы пригласили Ольгу, Татьяну и меня в их новое имение Коккоз… по ту сторону Ай-Петри. Дом, только что выстроенный арх. Красновым в старом татарском стиле; очень красиво и оригинально».
Оригинально – не то слово! Гостей предоставлялся гардероб из роскошной татарской одежды. Гости переодевались в ханов, мурз, беев, евнухов, янычар, хатипов, имамов, муэдзинов и других представителей мусульманского мира. Гости гуляли по парку с Английским и Восточным уголками, в котором были и персиковый сад, и два больших бассейна, и декоративные клумбы, и цветы.
Романовы выезжали с Юсуповыми на Ай-Петри и в близлежащие живописные уголки, охотились, любовались пейзажами, наслаждались благодатным крымским воздухом, затем возвращались в Коккозы на устроенный в честь августейшей семьи пикник.
Впрочем, Юсуповы проводили время в Коккозах не только с августейшими особами. Осенью отец Феликса Юсупова – граф Феликс Феликсович Сумароков-Эльстон, очевидно, отдавая дань и собственным восточным корням, и местному гостеприимству жителей, устраивал для близлежащийх деревень главный мусульманский праздник – Курбан Байран. Резали баранов, пили-ели, проводили бесплатную лотерею для местных.
Кроме того, на собственные средства граф Сумароков-Эльстон отреставрировал в деревне соборную мечеть.
«Мы потеряли Родину, - писал Феликс Юсупов в иммиграции. Она есть, живет без нас, как жила и до нас. Шумят реки, зеленеют леса, цветут поля, и страшно, что для нас она уже недостижима, что мы для нее уже мертвецы – тени прошлого. Какие-то забытые имена на могильных памятниках… А ведь мы еще живы. Если бы было можно тихо и незаметно, в простом крестьянском платье пробраться туда и жить где-нибудь в деревне, никому неизвестным жителем…. Какое было бы счастье, какая радость...»