Редкие и удивительные вещи порой происходят. В окрестностях Горно-Алтайска в детстве я видел оленя. Довольно близко и довольно долго за ним наблюдал. В юности, возвращаясь домой, зимней ночью, в парке возле кинотеатра «Голубой Алтай», наткнулся на полярную сову. Она смотрела на меня белая и большая, а потом, тяжело оттолкнувшись от ветки, улетела. Однажды летом я шел по горе, внизу светился ночной Горно-Алтайск, а в траве загорались один за одним жёлто-зелёные огоньки. Раньше я никогда не видел светлячков, только в книжках читал про них. А тут была целая поляна. Вверху звезды, внизу светлячки, а дальше и ещё ниже, в долине, город.
Наша семья и семья Перминовых дружили. В тот раз отмечался какой-то общий праздник. За окном тихая зимняя ночь. В соседней большой комнате взрослые сидят за большим столом, у них звучит музыка с катушечного магнитофона, сверкает самодельная светомузыка. Светомузыка сделана самим хозяином. Они с папой учились на физмате. А я с сыном Перминовых – Олежкой - играю на кухне. Дом старый, многоквартирный, деревянный. В каждой квартире беленая печь. Столы, стулья, шкафчики на стенах, всякий советский скарб. Мы находим старые наушники (вот оно богатство инженера-любителя). Из них торчат какие-то проводки, но на маленькой моей голове они сидят ладно. Вот так игрушка! Можно представить себя лётчиком! Можно – радистом! Подводником! И тут я нахожу детскую флейту. Я даю её в руке Олежке, говорю: «Играй!» Он играет, а я представляю себя звукорежиссёром. Отлично!
Но чего-то не хватает! У наушников есть вилка на метровом проводе. А если есть вилка, то её обязательно надо воткнуть в розетку. А для чего же она ещё?! Но розеток на кухне нет. Поиски безуспешны. Но тот я понимаю, передо мной стоит холодильник. Холодильник работает, значит, где-то есть розетка. И точно! Мы немножко отодвигаем холодильник, ненадолго отключаем его. И вот он, торжественный момент! Сейчас я услышу небесную музыку. «Играй, Олежка!» Олег, раздувает щёки и пыхтит в неработающую флейту. Ничего, немного электричества и да будет звук! Я уверенно втыкаю вилку в розетку. Слышится треск, меня словно кто-то бьёт молотком по голове, я ещё успеваю подумать: «Зачем это Олег ударил меня флейтой?» Перед газами проскакивает молния. Подчёркиваю, это была не искра, не дуга, а именно нечто ветвистое и бело-голубое, и как будто это произошло не вне меня, а внутри. Ну, представьте, что вы стоите и смотрите в окно, а молния вдруг сверкает не за окном далеко, а внутри комнаты. Почувствовали, хотя бы приблизительно? А теперь еще раз осознайте, это произошло реально: в моих глазах промелькнула молния, но не вне меня, а внутри.
Мышцы мгновенно свело судорогой, шея резко откинулась назад (как не сломалась), короткий (слава богу) провод натянулся и вылетел с вилкой из розетки, наушники соскочили с головы и перелетели через всю кухню, загремев где-то в ведре. Я прекрасно слышал музыку в соседней комнате, я видел мелькание цветных огней. Олег стоял с разинутым ртом. Всё было по-прежнему, но меня будто не было. То есть я был другой. Я вдруг понял, что натворил, понял, что мог запросто умереть. И вот тут мне стало очень-очень страшно. Я вскочил и побежал в комнату, где танцевали взрослые, с криком «Мама! Папа! Я оглох!» При этом я прекрасно слышал, что кричу. Ну, дальше суета, охи, вздохи, слезы, допрос Олежки, смех облегчения, теоретические рассуждения физиков о возможных последствиях. Но мне это было уже не интересно. Несколько капель крови вытекла из моего уха. И тут я умер…
Так хотелось мне написать для красивого словца. Но ничего подобного. Слух остался цел, как и всё остальное, на мочке уха осталась царапина. А голова, как говорил герой Леонида Броневого, предмет тёмный и исследованию не подлежит. Так было в советское время и в провинциальной медицине.
Много позже я узнал, что электрошок применяли для лечения душевнобольных. Я хорошо помню, как смотрел первый раз «Полет над гнездом кукушки», тот момент, когда героя Джека Николсона привозят на процедуру лечения током, пропускают его через голову. И там тоже используют наушники. Одно дело сопереживать герою, представляя его мучения, другое дело знать, что он чувствует.
Не знаю насколько повлиял этот удар током на мою жизнь. Лишил ли он меня каких-то воспоминаний детства, способностей, возможностей, или, наоборот, что-то прибавил. По крайней мере, границы опыта расширил, но ни кому не желаю такой опыт повторить. Живите осторожно, думайте, прежде чем засунуть вилку в розетку, может быть - провода от этой вилки идут к вашей голове… и на них нет изоляции.
Сергей Решетнев ©