Национальный проект «Экология».
Почти 30 лет тема переработки отходов и отказа от вывоза всего объёма отходов на свалки обсуждалась без особого энтузиазма. Крах СССР уничтожил одну из самых развитых в мире систем раздельного сбора и обращения вторичного сырья. Если в 70-х – 80-х годах прошлого века каждый школьник прекрасно знал, что металлолом, макулатура и стекло – ценный вид вторичного сырья и его не только нужно, но и полезно собирать и сдавать в приёмные пункты, то уже в 90-е пункты сбора макулатуры исчезли совсем, а сбор стекла и металлолома стал уделом бомжей и на человека идущего в приёмный пункт стали смотреть с нескрываемым отвращением. Баки для сбора пищевых отходов, которые в Санкт-Петербурге, в последние два десятилетия XX-го века стояли у каждого мусоропровода, сначала перестали регулярно вывозить, а после вовсе убрали, так как от них плохо пахло, и они привлекали внимание не дворников, только крыс и подвальных кошек.
Как результат все отходы горожане начали сваливать в одну кучу, а коммунальные службы предпочли просто вывозить мусор на свалки, без перспектив на сортировку и переработку. Вокруг городов стремительно стали расти санкционированные и стихийные свалки, а жители всё чаще жаловаться на дурные запахи, нашествие крыс и утрату доступа к любимым прежде уголкам дикой природы.
Периодические попытки изменить ситуацию заканчивались или ничем, или скандалом. Одним из примеров стала попытка Анатолия Собчака организовать в Санкт-Петербурге строительство мусороперерабатывающего завода. Политик тогда ещё был на пике популярности. Критика не заставила себя ждать. Разного рода группы обвинили его во всех грехах сразу – от коррупции, до экологического вредительства. Собчак решил свернуть тему.
Были и другие попытки, но дальше планов дело так и не дошло. Между тем скандалы из-за выбросов свалочного газа множились и в преддверии президентских выборов 2018 года хозяйственная тема окончательно политизировалась.
7 мая 2018 года появился Указ Президента Российской Федерации от 7 мая 2018 г. №204, которым было предписано разработать и представить до 1 октября 2018 года несколько национальных проектов, в том числе национальный проект «Экология».
Разработкой занималось Министерство природных ресурсов и экологии России. 20 июня 2018 года министр Дмитрий Кобылкин провёл первое заседание Штаба по формированию национального проекта «Экология». 15 января 2019 года Паспорт национального проекта «Экология» был опубликован для свободного доступа.
Цель «Эффективное обращение с отходами производства и потребления…» в этом документе стоит под номером 1, что говорит о решительном намерении власти изменить ситуацию, ставшую за три десятка лет почти безвыходной.
Планы, поставленные национальным проектом – амбициозны. К 2024 году предполагается направлять на утилизацию 36% от всего объёма твёрдых коммунальных отходов. На переработку в 2024 году должно поступать не менее 60% от всего объёма образованных твёрдых коммунальных отходов. Для сравнения сейчас на утилизацию направляется около 3%, а на переработку не более 7%. Иными словами, Национальный проект «Экология» предполагает, что всего через 5 лет утилизировать будут в 12 раз больше отходов, чем сегодня, а перерабатывать в 8,5 раз больше.
Форум «Экология большого города».
20 марта 2019 года в девятнадцатый раз открылся крупнейший на Северо-Западе России форум, посвящённый вопросам экологии, коммунального хозяйства и городской среды. Руководители коммунальных служб, крупнейших предприятий, представители научного сообщества, производители расходных материалов и техники, активисты общественных профильных организаций. Были и представители органов исполнительной власти. Власть законодательную представлял только один депутат Законодательного Собрания Санкт-Петербурга – Михаил Амосов.
Акт первый.
На панельной дискуссии «Практические вопросы охраны окружающей среды в контексте национального проекта «Экология», в которой участвовали советник первого заместителя Министра природных ресурсов и экологии Российской Федерации Дмитрий Беланович, директор Центра международного промышленного сотрудничества ЮНИДО в Российской Федерации Сергей Коротков, председатель Комитета по природопользованию, охране окружающей среды и обеспечении экологической безопасности Игорь Григорьев и заместитель председателя Комитета по природопользованию, охране окружающей среды и обеспечении экологической безопасности Иван Серебрицкий, Михаил Амосов прямо заявил о сомнениях в реалистичности планов, поставленных нацпроектом «Экология».
«Цифры, которые заложены в качестве целевых показателей, они замечательные, но мне кажется, что достичь их будет очень трудно. Вот, посмотрите. Доля отходов, которые направляются на обработку (утилизацию ред.) в 2018 году была 3%, а в 2020-м планируется 27%. Это совершенно невероятный рост. Мне кажется, что добиваться этого будет трудно».
Обосновывая свою позицию, Михаил Амосов сослался на опыт стран Европы, где сегодня успехи в части сбора и переработки отходов существенны, но тоже хронически отстают от контрольных показателей, диктуемых Евросоюзом.
В Германии сегодня, в семьях отсортировывается до половины всего объёма отходов. В Эстонии – около 30%. При этом, по словам депутата, Эстония шла к такому показатели более 15 лет. В национальном проекте «Экология» написано, что Россия должна достичь этого уровня уже к 2020 году, т.е. всего за 1 год.
И сразу произнёс неприличное слово.
Термин «мусоросжигание» среди эко-, градо-, и прочих защитников стал почти нецензурным ещё в середине 90-х, а сегодня его не рискуют произносить и многие чиновники, но Амосов счёл нужным об этом поговорить.
«Мало кто знает, что мы при въезде в Хельсинки проезжаем большой мусоросжигательный комплекс, обслуживающий всю агломерацию большого Хельсинки, а это 1,5 миллиона человек. В Копенгагене в 2017 году, менее чем в 2-х километрах от королевского дворца был построен большой мусоросжигающий завод, который обслуживает практически весь Копенгаген».
Применение технологии мусоросжигания позволяет сократить объём неперерабатываемых хвостов до 12 раз. Если при этом половина мусора идёт на переработку и используется вторично – мусора практически не остаётся и потребность в полигонах отпадает. Как подчеркнул Михаил Амосов, именно это позволило, той же Финляндии, принять закон, запрещающий свалку мусора.
Начинать надо с тарифов.
Сегодня тарифы на вывоз бытового мусора устанавливаются административно и не на объём, реально транспортируемый перевозчиками, а, например, от квадратного метра или в расчёте на одного проживающего. По мнению законодателя это не верно.
«Попытка сохранить наши старые подходы, когда мы рассчитывались за вывоз мусора либо с квадратного метра квартир, либо по числу проживающих – это путь к не стимулированию раздельного сбора мусора».
Акт второй.
Раздельный сбор и проблемы, с которыми сталкиваются те, кто уже успел начать такую работу обсуждались в рамках круглого стола «Развитие системы раздельного накопления и переработки отходов населения: трудности и перспективы», организованном Ассоциацией в сфере экологии и защиты окружающей среды «РазДельный Сбор» в рамках проекта «Экодвор» в Санкт-Петербурге.
Участники – руководители управляющих компаний, организаций, пропагандирующих раздельный сбор и транспортировщики сошлись на том, что плата за вывоз твёрдых коммунальных отходов по нормативам лишает как население, так и регионального оператора, заинтересованности в раздельном сборе отходов. По существу, речь идёт о подмене объявленной президентом России реформе профанацией. В условиях госрегулирования тарифы могут только расти, причём в разы, а не на проценты, но не повышать привлекательность предварительной сортировки мусора, как гражданами, так и коммунальщиками. В итоге региональные операторы больше заинтересованы в том, чтобы вывезти как можно больше и как можно дальше. В итоге мусор вновь будет собираться в общие контейнеры и складироваться на полигонах.
Исправить ситуацию можно двумя путями – попытаться отказаться от самого института региональных операторов, которые становятся новыми монополистами, а также изменить систему тарификации за вывоз твёрдых бытовых отходов.
Обе идеи плавно перекочевали в итоговую резолюцию.
Деньги, кубы и люди.
Отличие всех вариантов тарифного стимулирования раздельного сбора, которые обсуждаются сегодня, от опыта нашего прошлого в том, что если в СССР государство старалось заинтересовать каждого гражданина деньгами, то теперь давят на сознательность.
Деньги на раздельном сборе предлагают зарабатывать новым монополистам – региональным операторам. В крайнем случае управляющим компаниям и транспортировщикам.
Максимум, что, пока, предлагают гражданам – возможность снизить размер суммы в счёте, если граждане согласятся на раздельный сбор.
Граждане голосуют мимо урны.
Алла Винник, член Экспертного совета комитета Государственной Думы РФ по вопросам ЖКХ, много лет отработавшая заместителем Директора по развитию дополнительных сервисов компании «Эталон-Строй», поделилась своим опытом внедрения раздельного сбора. С одной стороны – успехи есть и вполне оптимистичные. В домах, где такой сбор уже был налажен, удалось сократить объём несортированного мусора. Сократить на столько, что даже тариф 2,90 оказался для компании выгодным, не говоря уже о 4,40 р. с 1 м.кв., который действует сейчас.
Казалось бы – вот оно коммунальное счастье. Если бы не поведенческие стереотипы. Как оказалось кроме регулярности вывоза контейнеров и соблюдения графика уборки лестничных контейнеров, есть ещё и вопрос привычки самих граждан. Для многих перестроится на новые правила не просто. Люди выбрасывают несортированный мусор в контейнеры, где должны быть именно сортированные отходы, бросают пакеты мимо лестничной урны, а могут и поджечь задержавшийся контейнер.
При этом они ещё и жалуются.
Жалобы – вообще непреодолимая стена для тех, кто пытается наладить раздельный сбор. Проблема в том, что жители немедленно делятся на две группы: одни немедленно начинают строчить письма с требованием убрать, переместить, отменить… Вторые – вернуть, наказать, повторить.
Раздельный сбор – прежде всего означает необходимость установки дополнительных контейнеров, а мест для их размещения не так много. Как результат – часть жильцов рады и с энтузиазмом начинают раскладывать отходы по коробочкам, а часть – носы воротят. Плохо пахнет. А вдруг крысы расплодятся. А почему вы это сюда поставили…
Проверяющие органы приходят штрафуют и уходят. При этом они реагируют на все жалобы без исключения. В такой ситуации лучше вообще ничего не делать.
Количество мусора будет расти.
Без введения в законодательство ограничений на производство упаковки избыточных размеров и из неперерабатываемых материалов, скорость накопления мусора будет расти прямо пропорционально росту потребления, а его рост непременно обеспечат успехи в реализации национального проекта «Демография».
Основной угрозой становится пластик.
В своём выступлении, в рамках круглого стола депутат Законодательного Собрания Санкт-Петербурга Михаил Амосов отдельно отметил, что к привычному перечню отходов, которые собираются для вторичного использования необходимо добавить пластик.
«Мы стали жить в век пластиковых упаковок, бутылок и прочее, прочее. Это представляет очень серьёзную экологическую угрозу», - сказал депутат.
Опять эти янки.
Проблема ускоренного накопления пластиковых отходов пришла из США, где в конце 50-х, начале 60-х годов прошлого века случился потребительский бум. Бум совпал с появлением технологий производства различных пластмасс и одноразовой посуды. Тогда в обиход вошло понятие «экономика выбрасывания». Одноразовые стаканчики, тарелки, бутылки, мешки… Лёгкие, гигиеничные, красивые. У них есть два неоспоримых преимущества, которые немедленно распознали и полюбили потребители в США, а потом и во всём мире – они стоят «около ноля» и их не нужно мыть.
Рынок почувствовал, что одноразовая посуда, шприцы, перчатки и ещё много чего имеют спрос и начал производить их в огромных масштабах – миллионами тонн. Однако большая часть пластика не разлагается и не перерабатывается.
По мнению депутата, наладить переработку пластика можно и нужно.
В Европе, да и не только в ней успехи в этом направлении есть. Например, в Стамбуле можно сдать пластиковые бутылки и получить деньги на транспортную карту. За 32 пластиковых бутылки 2,6 лиры. Сдавать можно и по одной. По 0,03 лиры зачисляется непосредственно на IstanbulCart. В данном случае город получает шанс сократить объём несортированного мусора, а люди имеют за это вполне ощутимый финансовый результат.
Без сжигания? Это утопия.
Конечно, макулатура, металлы, стекло и пластик – ещё не весь объём мусора. Многое отделить в домашних условиях невозможно. Многое останется и после сортировки на перерабатывающих предприятиях. По этой причине без раздельного сбора и мусоросжигания проблему роста мусорных гор решить невозможно, настаивает Михаил Амосов.
«В Финляндии всё, что не отсортировано поступает на 9 мусоросжигающих заводов и свалок в Финляндии больше нет. Есть только захоронения золы, которая образовалась на этих заводах».
Разумеется, нужно внимательно отнестись к такой деятельности. Есть много вопросов от сугубо технологических, до экономики, но без использования сжигания победить свалки не получится.
Вадим Сафонов
Дополнения:
Указ Президента Российской Федерации от 7 мая 2018 г. №204
http://www.kremlin.ru/acts/bank/43027
национальный проект «Экология»
http://www.mnr.gov.ru/activity/directions/natsionalnyy_proekt_ekologiya/
_________________________
Если вы заинтересованы в материалах нашего канала
- подпишитесь на канал "Частная почта" на Яндекс.Дзен
- поделитесь ссылками в социальных сетях
- расскажите друзьям и знакомым