Джон Пристли, "Опасный поворот/Инспектор пришёл". АСТ, 2010 год.
Детектив перешагивает рамки жанра, если становится чем-то большим. "Братья Карамазовы" или "Гамлет" - типичные примеры: кто в здравом уме назовёт эти шедевры детективами?
Имя Пристли в своем время писалось через запятую с именами Моэма, Киплинга, Шоу. Притом что Конан Дойл тогда всё-таки был автором "для масс", как и дерзкая молодая Агата Кристи. Почему же Пристли сейчас почти не читают?
Во-первых (о ужас), самое сильное у него - пьесы. Современный читатель их не любит и читать не умеет. Даже восьмой "Гарри Поттер" провалился (относительно) во многом именно по этой причине.
Во-вторых, его пьесы - модернистские. Это как?
Сам жанр подразумевает следующее: пьеса не может быть мистической. Ты не можешь описать что-то, придумать и наворотить что-то, чего нельзя поставить на сцене. Арсенал приемов и у Шекспира, и у современного драматурга невелик и неизменен.
Пристли путает каноны - как детектива, так и пьесы.
Убийство, оказывается, не обязательно. Как и линейное повествование - действия меняются местами, повторяются, подразумеваются. Сыщик не нужен ("Опасный поворот"), а если таковой имеется, то непонятно, кто он - сам господь Бог ("Инспектор пришел")?
Несмотря на экспериментальную форму, пьесы Пристли в вопросах морали во многом традиционны. Вопросы эти не сняты до сих пор. Нужна ли ложь во спасение? Какова мера личной ответственности в чужом несчастье? Можно ли остановиться, будучи уверенным в себе целиком и полностью?
Пьесы написаны в тридцатые, и, судя по последующим мировым событиям, ответ на последний вопрос - категорическое "нет".