Андрей Андреевич червь — по паспорту Жилин, Андрей Червь — по паспорту Жилин, Червь — по паспорту Жилин. Спаси, спаси боже его душу грешную, спаси его душу грешную от себя самого же бедного, несчастного с телом жалким и душечкой жалкой. Спаси жену его грешную и детей его грешных от геенны огненной.
Себя обреки на муки, не щади живота своего, но их, их спаси жалкий ты человек, животное, ниже животного, кто ты вообще такой, Андрей Андреич? Какой же ты человек Андрей Андреич, после всего, во что ты самое дорогое что есть у тебя втравил. Как же ты мог в грех детей, жену опустить? Да как же ты вовсе живешь после этого? Тело твое и пола немытого недостойно, тряпки половые пыльные хороши слишком для кожи твоей — свет мутный из окон для тебя свят слишком, ногти твои недостойны грязи под ними.
Да и голова твоя, чудовище недостойно даже самый темных, самых мерзких мыслей, ведь нет у тебя своих мыслей, ничто ты, червь, червь ты, Андрей Андреич, червь, молись, ты, даже не убогий, ведь даже бог тебя рядом держать не может. Молись, бормочи себе что-то, надейся, но надежды нет, ты отнял ее у себя как отнял ее у семьи, Червь ты, Андрей Андреич.
Андрей Андреевич проснулся от бреда сна и попал в бред бодрствования. Чувствуя, как по длинным голым ногам, по грязным греховным жилам течет мутная греховная кровь, чувствуя, как онемели за ночь длинные греховные руки, тонкая греховная шея, костлявые кривые ноги. Андрей Андреич открыл глаза и болезненно рассмеялся, прошептав:
Ах, если бы я мог отрезать от себя хоть половину, я наверное был на целую половину менее грешен. Или может наоборот, грех он покоиться неравномерно по телу, может быть вовсе целиком, например на моей правой ах, стороне и оттого я стану в два раза грешнее, а моя бездушная половинка-половиночка станет чистой и безгрешной — такой, что я смогу на нее равняться, так на она будет похоже. Но нет!
Червь вдруг замер, схватил себя за шею, словно пожелал вырвать себе кадык за такие речи:
Как я, Червь, ничтожество, пыль, могу сравнивать себя с чем-то настолько безгрешным, не-е-ет, так я делать не могу, не могу, не могу...
Андрей Андреич обхватил себя за колени принялся качаться, тереться об пол, растирая пыль собственным телом, а собственное тело пылью.
- А вдруг, - глаза Андрей Андреича загорелись от счастья, - вдруг, если я отрежу ту, одну мою половиночку, то я Андрей Андреич, Червь, стану чистым, милым, безгрешным, новым, пускай и не целым, но-вым новым, и-хи-хи-хи, - Начал хихикать Андрей Андреевич, но тут же прекратил — ему показалось, что Лидия проснулась и сидя на кровати, сверлила его взглядом.
Понравился рассказ? Поставьте лайк и подпишитесь!