Фантастический цикл Клайва Льюиса о вымышленном мире Нарнии (Нарния в этом мире также является одной из нескольких стран) оказал большое влияние на всю фэнтезийную традицию. Удивительно, что, в отличие от Толкина, Льюис использовал куда меньше батальных сцен, эпических изменений мира и в целом действовал другими методами. Тем не менее, его книги значимы, и дети их очень любят. В чем кроется причина такой любви?
Важно понимать, что Льюис писал во многом для детей - это видно в форме подачи, в изложении материала и в наставлениях, заложенных в канву текста. Немаловажно и то, что Льюис является христианским писателем - и поэтому все семь книг нарнийского цикла пронизаны отсылками к Евангелию. Выражается это в образе льва Аслана, создателя Нарнии, в котором усматриваются очевидные аналогии с Христом (его принесение себя в жертву Белой Колдунье, финальное вознесение и многие другие моменты), в символизме сотворения Нарнии (которое напоминает эпизод Творения из Книги Бытия), в религии поклонения Аслану и во многом другом. Понимание христианской традиции помогает понять, почему герои книги действуют так, а не иначе.
Но каков главный антагонист цикла? Из фильмов о Нарнии можно сделать вывод, что ключевым противником нарнийцев является Белая Колдунья. Но это не совсем так. Интересно, что у Белой Колдуньи была и своя предыстория - в книге она была властительницей мертвого королевства Чарн, в котором она ради захвата престола обратила свою сестру и других людей в камень. Сам мир Чарна умирает, его солнце светит тускло, и ничто вокруг не подает признаков жизни. Белая Колдунья происходит от крови великанов, и поэтому она жестока и больше всего жаждет абсолютной, тиранической власти. Однако она не тождественна Сатане - она не всесильна и боится Аслана так же, как его боятся другие его враги. В Нарнию до ее сотворения она проникает вслед за детьми, попавшими в ее мир случайно. Другие же дети, знакомые нам по фильмам, лишают Белую Колдунью ее силы и власти.
Но Льюис дальновидно понимает, что не Белая Колдунья является главной бедой Нарнии. Беда заключается в том, что однажды слишком многие отвернутся от Аслана, перестанут верить в его существование (а Аслан появляется в Нарнии далеко не каждый день) - и тогда Нарния ослабнет. В последней книге страна Тархистан, жители которой молятся богине смерти Таш, начинает свое наступление на жителей Нарнии - и многие из них гибнут, так как они уже не верят в явление Аслана. Так Льюис показал, что конец мира настанет с приходом ложноверия, но и тогда Господь явится, чтобы судить всех по справедливости. Это в итоге и происходит. Концовка цикла очень печальна, но в какой-то мере она и радостна - именно так должна закончиться хорошая история, затрагивающая важные жизненные вопросы.
Но, конечно, Нарния не была бы столь любима детьми, если бы в ней не существовало ничего, кроме религии. В ней есть подвиг, есть путешествие - героями книги являются дети, которые открывают Нарнию вместе с читателем и, взрослея, забывают Нарнию. Этот мир - страна детства, похожая на кэрроловскую Страну чудес. Нарния полна разных существ - здесь и дети земли, гордые гномы, и говорящие животные, и великаны, и призраки, и странники из иных миров. Предки тельмарцев (или тельмарин) были пиратами, попавшими в Нарнию из нашего мира, что делает этот мир куда более объемным. Интересно читать про морскую одиссею принца Каспиана, про битвы за Нарнию и целые судьбы, которые проживают герои в этих мирах. Край света, тархистанская пустыня, страна Императора-за-морем, отца Аслана - все эти чудные земли лежат по ту сторону семи книг Льюиса.
Нарния была первым опытом детской фантастики 20-го века. Задолго до Роулинг и Пулмана Клайв Льюис сумел уловить сущность детской фантастики и сохранить ее в своем цикле. Этот цикл не потерял своеобразной свежести, и, хотя тот же Толкин сейчас в большей степени на слуху, никогда не поздно открыть любую повесть из цикла и погрузиться в первые представления о магическом мире с говорящими животными и собственным Творцом - великим львом.