В конце 60-х годов на острове Ватерлоо, что в Антарктиде, случилась авария. На чилийской станции Пресиденте-Фрей полетел дизель. Вконец полетел, не заводится. А вокруг шестьдесят два градуса южной широты. Июль. То есть зима. По Цельсию - 62 градуса ниже нуля.
Дизель в Антарктике -- это жизнь. Без дизеля через полчаса станция превращается в музей ледяного искусства, а ее обитатели -- в экспонаты музея. И тогда молодой чилийский офицер Аугусто Пиночет пошел к русским на станцию Беллинсгаузен просить помощи. Дошел. И перед начальником нашей станции встала проблема. С одной стороны, чилийцев надо срочно эвакуировать, с другой... «Эх, Аугусто, зачем ты родился не в социалистической ГДР или Польше, а стране капиталистической!» - подумал бывалый полярник, но выход нашел: на чилийскую станцию вместе с Аугусто ушел наш моторист. Он сделал чудо - починил и запустил охолодевший уже дизель. Чилийцы были спасены.
А через короткое время на станцию Беллинсгаузен приехала делегация Чили во главе со все тем же Аугусто. В знак благодарности делегация привезла ящик текилы на всех. И еще один ящик лично мотористу.
- Кактусовая? - переспросил тот недоверчиво. - Не, мы такое не пьем.
И объяснил своему новому другу Аугусто, что самый шик в их антарктической жизни - разбавлять чистый спирт что называется «по широте»: на Беллинсгаузене напиток должен быть крепостью шестьдесят два градуса, на Новолазоревской - ровно семьдесят, а если уж занесет на станцию Восток, то все семьдесят восемь.
- Но как же тогда мне отблагодарить тебя? -- спросил благородный дон Аугусто. -- А приезжай-ка ты ко мне в отпуск, под пальмы! Я ведь не последний человек в нашей стране, мигом сделаю через МИД тебе вызов...
Под пальмы хотелось. Но моторист родился под елками, в СССР. Он посмотрел на начальника станции Беллинсгаузен, все, что нужно, прочел в его глазах, вздохнул и сказал:
- Уж я лучше твою текилу выпью!
...Это была первая встреча Аугусто с русскими. Но уже через пару лет он приехал в СССР, правда, под чужой фамилией и с другой биографией. Не потому, что он был шпионом. Напротив, он в СССР учился.
Аугусто стал слушателем спецфакультета Военно-политической академии имени В.И. Ленина. Ряд курсов он прослушал и в других академиях.
По возвращении на родину Аугусто был назначен на должность начальника Генерального штаба. Правительство Сальвадора Альенде в то время следовало в русле политики СССР. Мы не знаем, что творилось тогда в душе молодого генерала Аугусто. Может быть, ее раздирали противоречия. Может быть, и даже наверное, ему нравились люди, разводящие спирт «по широте» и способные починить безнадежно изношенный дизель. Но ему вряд ли понравилась жизнь под елками -- в СССР. Он не хотел, чтобы такие же порядки, которые он в политакадемии сдал на «пять», установились под пальмами.
И Аугусто сделал выбор: в сентябре 1973 года вывел на площадь перед дворцом «Ла Монеда» восемь стареньких «Шерманов» - на тот момент все способные двигаться боевые машины вооруженных сил Чили. Между русской душой и русским порядком он выбрал русскую душу -- присвоил тому самому мотористу со станции Беллинсгаузен звание почетного гражданина Чили.
https://eclectium.livejournal.com/877268.html