Так мы в детстве называли магнитофон. И это действительно была магия.
У мамы был катушечный магнитофон «Дайна». Две скорости – девятая и вторая и никакой стереофонии. Магнитофон был в полном моём распоряжении. Новые записи брались в основном в телевизоре: песни из фильмов, Голубой огонёк и Мелодии и ритмы зарубежной эстрады.
Качество записи меня устраивало. Каким должно быть качество я просто не знал.
Потом появился Маяк-201. Тоже моно. У него уже была 19-я скорость и девятая. Девятой я тут же перестал пользоваться – качество записи на ней было гораздо хуже.
Весил Маяк, почти как маяк, но я всё равно пёр его к друзьям за несколько кварталов, чтобы записать что-то новое.
Один раз приволок к Вовке Буслаеву. У Вовки была «Машина Времени». Книжку Уэлса я очень любил, поэтому заочно полюбил и эту группу.
- Так это наша группа?! – расстроился я, услышав, первую песню.
- А ты не знал? – удивился Вовка.
И я записал «Машину Времени» - зря что ли пёр по сугробам этот гроб?
Уже дома, в наушниках, чтобы не мешать маме, послушал внимательнее и мне понравилось. Особенно понравились песни «Повесил свой сюртук на спинку стула музыкант» и «Кто виноват?». С другой стороны тоже были хорошие: «Всё очень просто, сказки обман…» и «Лица стёрты, краски тусклы».
Через несколько лет я узнал, что на одной стороне катушки у меня была записана Машина, а на второй Воскресение. Воскресение мне до сих пор нравится больше.
А ещё мне очень нравились магнитофоны Электроника-001 и Олимп-005. Они продавались в магазине Электроника на ул. Ленина. Ленинской мы называли улицу.
Цена у магнитофонов была совсем не ленинской – больше тысячи рублей.
Это почти годовая зарплата советского человека.
Я ходил в этот магазин, как в музей и часами мог стоять, смотреть и слушать, как волшебно воспроизводит звуки недостижимый для меня маг.
В девятом классе почти все карманные деньги я тратил на запись катушек в студии звукозаписи на проспекте Кирова. У армян был богатый выбор музыки и писали они на «Электронику» и «Олимп». Олимпы у армян стояли рядами.
Минута записи стоила десять копеек. Чтобы записать 500-метровую бобину нужны были девять рублей. Мне было не жалко.
Поначалу я покупал советскую плёнку. Потом стал брать немецкую. Одна бобина Agfa стоила 21 рубль. Вместе с записью выходила тридцатка. Я подрабатывал. Хватало только на записи.
Олимп и Электроника мне по-прежнему были не по карману.
Через двадцать лет я смотрел на гору Олимп в Греции и про магнитофон даже не вспоминал. Вспомнил о нём вчера. Увидел объявление о продаже.
Маг в прекрасном техническом и косметическом состоянии. И со времён моего детства «Олимп» стал доступнее. Я могу его купить. Прямо сейчас. Сутки не могу решить – оставить мечту в детстве или позвать к себе жить?