У себя на родине Джордж Элиот по праву считается едва ли не лучшей викторианской романисткой и стоит в одном ряду с сестрами Бронте и Элизабет Гаскелл. Не будет преувеличением назвать ее фигурой толстовских масштабов. В России с творчеством Элиот знакомы в первую очередь благодаря роману «Миддлмарч», ставшему визитной карточкой писательницы.
Как показывает практика, наличие одного общепризнанного шедевра неизбежно отбрасывает тень на другие произведения автора. Они могут быть не менее выдающимися, а где-то даже и превосходить именитого конкурента, однако народные предпочтения сложно изменить. Такая история, в частности, произошла с Набоковым, чья «Лолита» заслонила собой и гениальный «Pale Fire» или тот же «Дар». Не обошел стороной подобный казус и Джордж Элиот с ее «Мидллмарчем». Все знают эту книгу, однако далеко не каждый открывал «Мельницу на Флоссе». Чего уж говорить о дебютном романе Элиот, озаглавленном не иначе, как «Адам Бид». К нему и предлагаю обратиться.
Помните композицию «Утро» из сюиты «Пер Гюнт» Эдварда Грига? Умиротворяющая идиллическая музыка, настраивающая на миролюбивый лад. Примерно в том же духе начинается роман Элиот. Перед нами открывается череда сцен деревенского быта, перемежающаяся вереницей скрупулезно описанных пейзажей. Примеряя на себя роль художника, Элиот с помощью слов создает в сознании читателя полноценные картины, которые так и просятся на холст какого-нибудь голландского живописца.
С первых страниц книги мы окунаемся в неторопливую жизнь простой английской деревушки конца 18 века. С главнымдействующими лицами автор знакомит нас постепенно, подробно обрисовывая их характеры. Адам Бид — молодой плотник, имеющий в округе репутацию честного и работящего человека, влюблен в ветреную красавицу Хетти Соррель. Она из хорошей семьи, в меру учтива и трудолюбива, однако постоянно витает в облаках, полагая, что достойна жизни лучше той, которую имеет. Словом, крестьянская девушка, претендующая на титул герцогини. Мисс Соррель не чувствует к плотнику ничего кроме, товарищеского расположения. В противовес адамовой зазнобе выведена молодая методистка Дина Моррис, проповедующая Слово Божье. Этим игра Элиот на контрастах не заканчивается. Так деятельному и практичному Адаму противопоставляется его мечтательный брат Сет.
Сюжетное ядро романа составляет любовный треугольник с участием Артура Донниторна, амбициозного молодого сквайра, ненароком запудрившего голову мечтательной Хетти. Интересно то, как рыцарские взгляды Донниторна, исповедующего идеалы чести и справедливости, идут в разрез с его поступками. Последние совершаются под воздействием малодушных соблазнов, которые самоуверенный джентльмен надеялся обуздать.
Элиот не откажешь в пристрастии к деталям. Историю она излагает обстоятельно и неторопливо. В лучших традициях буколики, то есть сельского (пастушеского) жанра. Дотошность автора роднит его в некоторой степени с Эмилем Золя, который мог сделать предметы, запечатанные в тексте, осязаемыми для читателя.
Роман беден на события. Ключевые эпизоды можно пересчитать по пальцам: проповедь Дины Моррис, интрижка Хетти и Артура, именины последнего, конфликт молодого сквайра с Адамом, трагедия мисс Соррель и счастливый финал.
Тем не менее, сюжетный рисунок достаточно затейлив. Во второй половине романа история делает кульбит и превращается из пасторальной симфонии в детективную драму, которая удивительно перекликается с романом «Воскресенье» Толстого. Кстати, Лев Николаевич высоко ценил литературный талант Элиот.
Книга изобилует диалогами. Их цель не просто сообщить какую-либо информацию относительно персонажей, но и преподать нравственный урок. Буквально каждая беседа, облаченная в форму бытового разговора, затрагивает важные религиозные или моральные проблемы. Благодаря этому «Адам Бид» приобретает характер назидательной притчи. Тут и вкрадывается основной минус романа. Произведение, местами преисполненное религиозной патетики, выглядит отчасти театрально. Из-за этого персонажи воспринимаются не живыми людьми, а скорее носителями определенных взглядов и убеждений. Однако мы не должны сильно сетовать по этому поводу, ведь для Элиот это был первый крупный литературный опыт в биографии.
В результате мы имеем безукоризненно написанный роман в декорациях провинциальной Англии конца восемнадцатого столетия. И единственное, что может помешать теперешнему читателю в полной мере насладиться книгой — это только непереносимость пасторальных сюжетов и собственное нетерпение, сводящее на нет попытки получить удовольствие от красивого языка Элиот, щедрого на многостраничные описания природы, интерьеров и характеров.