Ничего личного, только психоанализ
— Начнём наш вечер откровений? — сказал Глеб с ухмылкой. Я посмотрела на него бешеными глазами. Тогда он ещё не знал, что я хочу на него вывалить.
Пол третьего ночи. Мы сидим в пустой комнате, единственной площадкой для общения в которой является кровать, и допиваем второй литр кофе. Я приглушила свет, чтобы было не очень хорошо видно моё лицо. Я и сама не знала, какой будет реакция.
— Начнём.
С Глебом мы почти незнакомы. Виделись пару раз на общих тусовках. Недавно я наткнулась на его блог в телеге. Не знала, что он пишет на тему психологии и секса. Полистав ленту чисто в профессиональных целях я заострила внимание на рассказе о страхах. Спустя пол часа в моей голове рождается шальная идея и я предлагаю ему провести эксперимент, о котором я и хочу вам рассказать.
Два незнакомых человека встречаются в замкнутом пространстве и рассказывают друг другу о страхах, комплексах и травмах. Кратко, чётко и полностью. Трезвыми. Главное правило — не давать оценочных суждений.
И вот мы наедине, в комнате и нет смысла откладывать. Я слишком долго думала об этом и приняла решение ещё до нашей встречи. Как человеку, высмеивающему психологов и их посетителей, мне было чертовски интересно воссоздать процесс психотерапии и доказать на деле, что это шарлатанство не работает, тем более на адекватных, умеющих анализировать свои поступки личностей, вроде меня.
Я начала. Первое, с чем я столкнулась, это проблема озвучивания болезненных ситуаций в словах. Страх рассказать конкретику, а не описывать произошедшее общими фразами.
Второе, что именно рассказывать? Я выписала в заметках, но по ходу рассказа, отбросила лишнее. Оно как-то отсеялось само собой. Получилось, действительно, кратко и по делу. Несмотря на женскую эмоциональность, я говорила скорее о конкретных ситуациях и действиях, чувства выражала в форме: «было страшно», «это меня сильно травмировало».
Самым сложным для меня оказалось — увидеть реакцию слушателя. К счастью, она была верной. Он обнял меня и поддержал. Мы немного обсудили, как все это могло на меня повлиять.
Последующие два дня меня преследовало ощущение сорванного вентеля. Будто я хочу говорить и говорить об этом. Словно со мной произошло какое-то открытие, которое меня потрясло, и я хочу поделиться. Неприятный отравляющий осадок остался, но и пришло чувство невероятного облегчения и свободы. Спокойствия и подъема.
Почему так произошло и что изменилось?
Интересно, но основной эффект был не от того, что кто-то меня выслушал и поддержал, а в озвучивании всякой жести вслух. Частично, друзья или родственники знали о каких-то тяжёлых моментах моей жизни, были и секреты, о которых не знал никто. Проговорив полностью все, что я скрывала и чего боялась, я вдруг собрала цепочку. В течении последующих дней, как детали пазла, стали приходить все новые воспоминания и складываться в рисунок. Вдруг очень чётко мне стали понятны мои: мотивация, реакция, сны, поступки, причины и следствия многих аспектов жизни. Это меня ошеломило. А, главное, я вдруг поняла, что перестала винить себя (я и не знала, что винила).
На второй день я позвонила маме и рассказала ей последний секрет в моей жизни, который я хранила 11 лет. После этого кран душевных излияний закрылся. Желание говорить — пропало. Что-то изменилось, пока не знаю что. Не уверена, хватит ли эффекта надолго. Но пока чувствую себя прекрасно. Полет нормальный.
Мамкин психолог или неожиданное доверие
Я люблю копаться в человеческих головах. Имеется некая врожденная склонность к эмпатии, которая помогает чувствовать то, что происходит с человеком в данный момент. Если добавить к этому любовь к чтению профильных книг по психологии и сексологии, то получится вполне себе доморощенный психолог.
Думаю, что основная цель психолога — создать соответствующие условия, чтобы человек сам пришёл к нужным выводам: расположить, задать нужные вопросы, реагировать грамотно, подсказать, что и как может влиять.
Когда Ирина предложила мне этот эксперимент, я был удивлен и взбудоражен. Почти незнакомый человек и разговоры о страхах. Я сразу понимал, что это, возможно, будет игра в одни ворота, поскольку большая часть моих давно найдены, изучены, проанализированы и находятся в проработке. Но, тем не менее, я согласился.
Вечер начался с долгой прогулки по парку, и последующих посиделок в гостях. На прелюдию в виде болтовни на интересные и не очень темы ушло порядка 4 часов, я думаю, что это время нужно для того, чтобы «познакомиться поближе», расслабиться, почувствовать комфорт, лучше понять человека.
Чекпоинт доверия номер 1.
По моим субьективным ощущениям к разговору о страхах мы перешли достаточно плавно. Эмпатия и чутье подсказывали мне, что в каждодневном поведении Ирины и некоторых отдельных словах/поступках есть какая-то причина, глубоко внутри, но какая, понять не мог. Я видел как она собирается с силами, но не может решиться, и начал с себя. Рассказал пару фактов, о которых никто не знает. Детские воспоминания. Смешной случай. Странный случай. И та самая игра в одни ворота сразу с анализом и выводом — почему я делал так и к чему это привело.
Чекпоинт доверия номер 2.
Этика и моральные принципы не позволяют мне излагать здесь подробности, но скажу честно, я был обескуражен и удивлен, растерян. Я не был готов к тому что услышал, и первое время не знал, как реагировать. Точнее, мой мозг судорожно искал по закоулкам памяти все, что я читал о подобных случаях. И когда я читал об этом, не ожидал, что это пригодится мне так скоро.
Поток информации шел, страхи изливались. Я доверился собственной эмпатии и решил действовать так, как действую часто — по ощущениям. После того, как примерно 2/3 было высказано, чувствую, что сейчас нужно обнять человека. Мы же не на сеансе, я не дипломированный специалист. Есть заявка на друга, а значит можно так:
— Можно тебя обнять?
Можно и нужно. Поддержка, независимо от того, разделяете ли вы боль человека или нет, можете ли вы ему помочь советом или нет. Поддержка должна быть при любых раскладах. Можно травмировать человека неправильным поступком и словом, если просто в нужный момент не оказаться рядом, просто потому, что в такие моменты он — очень хрупок.
Чекпоинт доверия номер 3.
Рассказ о страхах и событиях детства из уст Ирины в общем-то закончился. У меня — переходящий момент между растерянностью и работой мозга. Встал, походил — так соображаю лучше. Погнали. Спросил, могу ли я попробовать объяснить? Могу. Даю фид, что я думаю, что из чего следует, что к чему привело, что вообще происходит и «чё кого». В этот момент растерянность проходит, это ощущение сродни «потоку». У меня есть знания и понимание, ощущение. И оно просто льется из меня. Мозг нужен в этот момент только как фильтр: направить, подобрать слово, дать точное определение. Максимум точной коммуникации, без ошибок и косяков.
Финал доверия, при прохождении всех чекпоинтов.
Обсудили. Пошутили и поговорили и сопутствующих темах. Расслабились.
И удивительное «послевкусие» — меня еще пару дней не отпускало ощущение ответственности за эмоциональное и моральное состояние этого человека. Мне, с одной стороны, было интересно на то, как ее психика будет реагировать на все изменения. А с другой — было важно в нужный момент ответить на нужные вопросы, чтобы не поломать результаты наших бесед, а закрепить и умножить, при желании. Удалось или нет — увидим.
Резюмируя, хочу заметить, что далеко не факт, что такой формат сработает для других людей, и что все это вообще верно с научной точки зрения. Но есть ощущение, что все прошло так, как нужно. Нужный человек и нужный подход, правильная реакция и «множко» доверия. А для меня — первый серьезный опыт и огромный кач.
Послесловие или самый что ни на есть лайфхак
Не пытайтесь повторить это дома, трюк выполнен профессионалами. Но если вы все-таки решили поиграть в домашнего психолога, ловите пару важных правил, которые помогут не привести эту вечеринку к выходу в окно:
Рассказать все. Не частично. Желательно, с глубокого детства. Важное всплывет само. Только так ты сможешь нарисовать полную картину.
2. Не перебивать, не задавать лишних вопросов.
3. Не давать оценку. Если ты слушатель, никаких реплик в стиле: «Какой ужас!» или «Она настоящая тварь!» Тем более, смешков или гримас. Так ты можешь травмировать человека ещё больше, усугубить проблему или оттолкнуть от себя. Спокойно и молча выслушай до конца.
4. Дать правильную реакцию. Часто люди реагируют неверно, закапывая болезного ещё глубже. Единственное, что можно дать ему почувствовать в этот момент, чтобы не навредить, это сопричастность/ощущение взаимопонимания, что ты «на его стороне».
Верно: «Тебе, наверное, было очень сложно это пережить», «Я представляю, как тебе было страшно и одиноко», «Ты не виноват». Обнять человека, если он хочет.
Неверно: Дать ему почувствовать, что вам все равно («Погоди 5 сек, я в туалет сбегаю»), что его проблемы не важны («С кем ни бывает»), что он не прав или правы его обидчики («Твоего отца можно понять...») и т.п.
5. Никогда никому не рассказывать о том, что вы узнали. Не шутить на эту тему. Не использовать, как аргумент, в споре.
Помогайте друг другу и будьте более чуткими.
Ирина Марченкова, Глеб Вахрин