На протяжении тридцатых годов прошлого века Советский Союз только и делал, что готовился к большой войне. Когда она наконец-то началась, все решили, что долгожданная война пошла не по плану. Гибли армии и народы. Им на смену в бросали новые. Когда враг был повержен, признали, что СССР потерял более семи миллионов своих граждан. Потом вдруг выяснилось, что около 20-и, затем, что более 26-и…
Выводы комиссии Кривошеева
В 1993 году коллектив военных историков под руководством генерал-полковника профессора Григория Федотовича Кривошеева заключил, что безвозвратные потери Вооруженных сил СССР убитыми, умершими от ран и погибшими в плену составили 8,7 млн человек, а мирных граждан СССР немецко-фашистскими оккупантами уничтожено 18 млн. Другие исследователи склонны считать, что потери в 26,6-26,7 млн человек, это убыль, включая безвременно умерших мужчин старше предельного призывного возраста, женщин и детей, а также бежавших из СССР в период войны, но не показатель погибших граждан.
Данные о людских потерях СССР за время войны группой Кривошеева были получены путём анализа данных переписей и отчётности 1939-го, 1941-го, 1945-го и 1959 гг., поэтому некоторыми историками не признаются достоверными. Взяв за основу уровень смертности 1940 года, вычтя потенциально умерших за военный период естественной смертью, исследователями было установлено, что население СССР, исключая родившихся за время войны, уменьшилось на 37,2 млн человек. Но когда точных данных нет, при исчислении, как говорится, возможны варианты:
Если принять за норму показатели смертности россиян между переписями 1926-го и 1939 годов, то за военный период при сохранении этих норм должно было умереть своей смертью 11,24 млн советских граждан.
Если в 1939 году разница между мужчинами и женщинами составляла 3,48 млн, а в 1959 году достигла 18,43 млн, то разрыв между численностью мужчин и женщин увеличился на потенциальное число потерь 14,95 млн.
Если же за норму принять показатели 60-70-х годов, то сверхнормативная убыль населения СССР за годы войны составит 32,9 млн.
Однако если в качестве нормы взять показатели смертности населения в 20-30-е годы в среднеразвитых странах Европы: Болгарии, Польше, Финляндии, Югославии, то расчётная величина составит 29,9 млн.
Сами понимаете, ни о какой математической погрешности речи не идёт, поскольку данные разнятся, чуть ли не втрое.
На десять девчонок
По переписи населения 1897 года в Российской Империи на 1000 женщин в возрасте от 30 до 69 лет приходилось 992 мужчины того же возраста, при том, что в отчётном периоде Россия воевала на Кавказе, в Средней Азии, с Турцией, освобождала Болгарию... А после нескольких лет Гражданской войны и смуты перепись 1926 года показала снижение этого отношения до 890 на 1000. По переписи 1959 года на 1000 женщин в СССР приходился только 641 мужчина, при этом в РСФСР – лишь 615. Для сравнения, на территориях побежденной на всех фронтах Германии всего через четыре года после её полного разгрома на 1000 женщин приходилось 776 мужчин. А в воевавшей на стороне Германии, впоследствии социалистической Венгрии в 1949 году вообще на 1000 женщин приходилось 903 мужчины. Данные показатели заставляют задуматься, а настолько ли в прогрессирующем дисбалансе количества мужчин и женщин на территории СССР была виновата Вторая мировая война?
Посудите сами, по данным переписи 1959 года наименьшая разница в соотношении проживающих мужчин и женщин была в присоединенных к СССР после начала Второй мировой, но перед Великой Отечественной, областях Западной Украины и Западной Белоруссии. Во Львовской области на 1000 женщин приходилось 707 мужчин, в Волынской – 704, в Станиславской (ныне – Ивано-Франковской) – 701; в Брестской – 708, в Гродненской – 707. Тогда как в ранее советских Винницкой – 565, Хмельницкой – 577, Житомирской – 584; в Могилёвской – 562, Гомельской – 578, Витебской – 581.
Ещё хуже обстояли дела в областях и автономиях РСФСР, где не ступала нога оккупанта. В Ивановской области – 528 мужчин на 1000 женщин, в Мордовской АССР – 521, в Чувашской АССР – 517, в Марийской АССР вообще – 507 на 1000 женщин.
Из 190 млн населения СССР в 1939 году (согласно переписи – прим. авт.) на оккупированных впоследствии германской армией и её союзниками территориях перед войной проживало 83,48 млн человек. За годы войны (не только оккупации! – прим. авт.) погибло и умерло сверх нормы 4,05 млн мирных жителей – стариков, женщин и детей, среди которых более двух миллионов, т.е. более половины – жертвы холокоста. В советском тылу и прифронтовой полосе проживало 106,52 млн, а сверхнормативная убыль мирного населения составила 8,27 млн человек. Кстати, на территориях, длительно находившихся оккупированными, и рождаемость была значительно выше, нежели в советском тылу. Смертность же в тылу мирного населения без учёта мужчин составила 3,34 млн человек, что в 1,5 раза выше, чем потери не еврейского населения на оккупированных территориях.
Уровень и закономерности
В СССР в 1940 году уровень рождаемости составлял 20,1 ребёнка на 1000 человек населения, а в 1943-м – 8,60. В оккупированной с первой недели войны и до осени 1944 года Литве, в 1943 году родилось, выжило и дожило до 1959 года – 16,1 детей на 1000 жителей. В оккупированной Молдавии – 13,52, в Белоруссии, где лютовали немцы – 11,52, в Украине – 11,06. А в исторически многодетном Узбекистане – 9,31. Но самая низкая рождаемость была зафиксирована в тылу РСФСР, где в 1943 году родилось всего 7,02 ребёнка на 1000 человек. А, как известно, по уровню рождаемости и выживаемости детей оценивают качество жизни населения.
Но у всех правил есть исключения – «феномен военных лет» – во время и после войн в воюющих странах наблюдается увеличение рождений мальчиков на 2-2,5%. Так, во время Первой мировой войны и сразу после неё доля новорожденных мальчиков в Германии составила 108,5%. Аналогичное увеличение произошло во время Второй мировой войны во Франции и Великобритании, во время активного противостояния в Карабахе – в Армении и Азербайджане, а также в разное время в других воюющих странах. Однако феномен обошёл стороной Россию в военные и послевоенные годы. Так может, колоссальные сверхнормативные потери были не военного характера, а лишь замаскированы под военные? О заранее спланированной акции говорит и эмиграция первой волны, и постоянная подготовка СССР к большой войне, и голодомор в Казахстане и Украине. А вот жертвы репрессий сюда не вписываются, поскольку их учёт вёлся на должном уровне.
К 1955 году население СССР достигло довоенного уровня, однако самый низкий естественный прирост наблюдался именно в Российской Федерации. А в 90-х годах прошлого века вообще наступил период сокращения рождаемости, аналогичный по динамике с рождаемостью в тылу в период Великой Отечественной войны, что говорит о схожести социального состояния в эти периоды. В 1989 году в РСФСР на 1000 женщин приходилось 877 мужчин. Всероссийская перепись населения 2010 года зафиксировала превышение численности женщин над мужчинами на 10,8 млн. человек, что составило соотношение 860 мужчин на 1000 женщин. Утверждать при этом, что растёт средняя продолжительность жизни мужчин, просто не этично.
Пора делать выводы
К началу Великой Отечественной войны, после присоединения к СССР трёх Прибалтийских государств, Бессарабии и Буковины, Западной Украины и Западной Белоруссии четко просматривается разница в соотношении мужского и женского населения на «новых» и «старых» территориях, несмотря на то, что перед Первой мировой войной практически было равенство. Налицо процентное превосходство мужского населения на новых территориях по отношению к мужскому населению на территориях, советизированных ранее. Это говорит о том, что в предвоенные годы при строительстве социализма СССР и без войны терял мужское население. Подтверждает это и признание «вредительской и ошибочной» Всесоюзной переписи 1937 года, согласно которой население Советского Союза составило всего 161 млн человек, что значительно меньше планируемых цифр. Даже с учётом 6 млн естественного прироста и 11 млн жителей присоединённых территорий, рост населения до озвученных показателей переписи 1939 года произойти не мог.
***
Война была необходима, чтобы на неё списать демографическую катастрофу, случившуюся в СССР. И колоссальные потери мужского населения в боях лишь уменьшали процент более ранних потерь за полями сражений.