Мы уже вспоминали легендарного военного наркома станкостроения Александра Ефремова. Того самого, что за создание почти на пустом месте в годы Войны уникальных производств станков был удостоен одного из высших военных орденов - Ордена Кутузова. Хотя погон и не носил.
Создавалось советское станкостроение большевистскими темпами, да еще и в военных условиях. Наркомат станкостроения был учрежден по иронии судьбы всего за две недели до вероломного нападения фашистов.
Новый наркомат сразу же оказался под пристальным вниманием Сталина. Наряду с наркоматом бронетанковой техники и наркоматом боеприпасов - это были важнейшие задачи военного времени.
Средств на создание советских станков на замену британской и германской технике не жалели, на строительство заводов выделялись миллионы. А вот чиновникам, напротив, похвастаться было нечем. Нынешних зарплат и раздутых штатов как в условном Газпроме или Роснано не было и близко.
Очень показательна история как товарищ Сталин окоротил наркома Ефремова в 1941 году. Вспоминает об этом в своих мемуарах прославленный маршал стратегической авиации Александр Голованов.
После проведения срочной эвакуации станкостроительных и инструментальных заводов на восток встала новая нестандартная задача. Требовалось развернуть на этих мощностях кроме станочного производства выпуск непосредственно боевой техники - броневиков, артиллерийских тягачей, деталей для пушек и гаубиц.
Ефремов доложил, что заделы для резкого наращивания выпуска найдутся, но организационная работа колоссальная. По его прикидкам кроме заводов в самом наркомате требовалось дополнительно почти восемь сотен чиновников-управленцев.
Сталин чиновника воспитывать прилюдно не стал. Наоборот, поинтересовался, отвлеченно глядя в окно:
- Вам, товарищи, известен такой промышленник Бугров?
- Никак нет, товарищ Сталин!
И тогда Сталин рассказал историю о дореволюционном капиталисте, крупном владельце мельниц и пароходов на Волге. Бугров ворочал огромными капиталами, его не зря прозвали "мельничным королём".
Сталин ехидно поинтересовался у присутствующих на совещании - Сколько же чиновников было под рукой у капиталиста Бугрова?
В ответ на молчание пояснил - всего трое. Сам Бугров, помощник и счетовод. Помощнику и счетоводу платил щедро, баснословное жалование в двадцать пять тысяч рублей золотом ежегодно.
Видимо, отрабатывали честно такие деньги. Но и работа была немалая - рулить настоящей мельничной империей.
- Бугров был капиталист, богатый человек, - завершил Сталин, - мог бы нанять множество приказчиков, но берег свои деньги. У нас деньги не свои, народные. Мы тем более не можем позволить пускать их по ветру...
Больше ничего о предложениях Ефремова товарищ Сталин не сказал, пощадил его честь. Нужно ли говорить, что в последовавшей записке наркома никаких восьми сотен чиновников не оказалось. Иногда и большевикам приходилось брать пример с царских промышленников потолковее.
Нужно добавить, что сравнительно небольшим штатом наркомата Ефремову удалось к концу Войны вывести советское станкостроение на передовые позиции. Отныне наша промышленность могла делать самые сложные и технологичные станки самостоятельно!