Люди-флюгеры

Страшно (нет, произнесите это слово раскатисто – «стр-р-р-р-ашно») – вот так стр-р-р-ашно я завидую людям-флюгерам. В вашем окружении они наверняка тоже есть. Они есть везде. Они попеременно (всплывают? возникают? – какие-то слова все нехорошие) – они попеременно обнаруживаются то тут, то там. Казалось бы, только три недели назад вы проводили их в тривиальный отпуск – и вот они возвращаются и сообщают, что уезжают навсегда на другой конец Земли (ну, ладно, России), несмотря на то, что здесь у них налаженная жизнь и вообще, «почему так быстро?». А через полгода звонят из нового населенного пункта и делятся рассказами о том, как это восхитительно – вести натуральное хозяйство и жить в деревне на пять домов. При этом буквально три года назад они начинали свой автомобильный бизнес на ваших глазах, потом продавали его – и весьма успешно, или просто закрывали – «не вышло, бывает». За все время, что только вы с ними знакомы, они сменили восемь адресов и два десятка профессий, причем каждая смена была кардинальной. Какие уж там филологи-технари – эти уходили из образования в политику, оттуда - в литературу, из нее – в фуд-фотографы, режиссеры, визажисты, пресс-службу металлургического (реально – металлургического) завода – и не возвращались обратно!

Я никогда не смотрела сериалы – я наблюдала за жизнью людей-флюгеров. С нетерпением ждала каждой новой «серии» – и страшно завидовала. Той удивительной смелости, с которой они бросались на амбразуру очередной мечты. Их таланту запрыгивать не в какой-то там последний – в центральный вагон поезда, уходящего в нужном им направлении. Потрясающему умению слышать свои желания и не бояться идти вслед за ними. Да-да, люди-флюгеры держат нос по ветру исключительно своих представлений о том, как, где и каким образом им жить. Их решения всегда спонтанны, порой нелогичны, временами откровенно нелепы – но это их решения, их шишки и грабли, их бесценный жизненный опыт, которого наберется на семь томов приключенческого романа (в этом месте я скромно прикрываю локтем тонкую, страниц на девяносто, историю своей жизни).

Почему завидую, спросите вы? Потому что вряд ли так, как они, смогу – а иногда очень хочется. Хочется бросить все и уехать в Катманду добывать алмазы (ну и что, что их там нет), хочется набить себе татуировку во всю спину и сбрить половину волос на затылке (да, я девочка, но и девочки тоже такое хотят), хочется променять до зубовного скрежета любимый офис на пестрые будни инструктора по дайвингу. Хочется хотеть – и добиваться, желать – и воплощать, осмелиться – и рвануть навстречу новой жизни!

Но мой корабль по-прежнему в порту… Только душа-юнга мечется по палубе: поднять паруса? свистать всех наверх? полундра?.. Просто я из другой категории. Человек-гранит, человек-«а-вообще-так-можно?», человек-медный-всадник. Моя рука простирается вперед, тянется в неведомые дали... Мой конь взвился в мощном порыве, но окаменел вместе со мной. Мы даже успели кое-где покрыться мхом (вот тут не надо пошло хихикать), и я терзаюсь предательской мыслью, что всадник бедной лошадке мог бы достаться посмелее… А потом вспоминаю, что именно к нам, медным всадникам, люди-флюгеры приходят, чтобы отдохнуть от бесконечной череды приключений. У нас они заряжают свои истощенные батареи, наполняют баки горючим смысла и веры, в нас они видят тихую гавань, которой, быть может, никак не могут достичь… Вспоминая об этом, я уже не завидую людям-флюгерам – я просто с нетерпением (и неким предвкушением чуда) жду их обратно. Чтобы послушать. Чтобы выслушать. А может, и для того чтобы показать нужное направление. Ведь вы же помните – моя рука всегда простирается вперед.