Подобные истории меня всегда берут за живое. Наверное, я иногда оказываюсь слишком близко к этой черте, где материнская любовь превращается в контроль, а контроль становится насилием.
Они теперь почти всегда вместе. В магазин, в город, в банк. Она и ее любимый сын. Сыну сорок. Кроме любящей мамы у него никого. Нет дажедрузей. А когда-то была работа и любимая девушка.
Анна всегда была хорошей дочерью, женой и матерью. И хорошим педагогом. Мы с ней и познакомились, когда я пришла в школу, где она работала еще с вузовской скамьи. Ее все уважали. Мягкая с коллегами, строгая, но справедливая с учениками. Очень красивая, статная. Просто идеальная учительница.
Да, школа наша находится в маленьком провинциальном городке, вдали от шума и столичных соблазнов.
Что творилось у нее дома, не знал никто. Не сплетничала и не делилась. Я оказалась ближе всех. Поэтому знаю. Да, простит она меня за откровенность. Имена, понятно, другие.
Муж у Анны был бездельником и алкоголиком. Но бросить его она не могла, потому, что он там чем-то серьезным был болен. Престарелая мать , бывший педагог, сильная, властная и вечно все контролирующая женщина, под старость лет слегла. И уже не вставая с постели, командовала всем домом. Зятя не признавала и игнорировала. Анна металась между работой, домом и частными уроками.
Единственная радость Анны, это любимый сынок , учился хорошо, маме помогал, папу не любил, а за бабушкой горшки выносил регулярно. Закончил техникум, затем заочно университет. И захотел уехать в большой город работать и жить своей взрослой жизнью. Но мама не пустила. Как она одна с больной матерью на руках и уже умирающим на тот момент мужем? Сын маму послушался и остался.
Устроился преподавать в техникум, другой работы в этом городке для него не нашлось , ну и мама договорилась. Познакомился с девушкой, милой, простой, деревенской. Стали встречаться, дело шло к свадьбе. Но маме будущая невестка не понравилась. Ни образования, ни породы. Кстати, предки Анны были из питерских дворян. Сын маму послушался и с девушкой расстался.
Но, видимо, что-то сломалось внутри у мальчика, уже взрослого мальчика. Он начал пить. С работы его выгнали. Друзья отвернулись. Что только мама не делала. И кодировала его, и к бабкам-ведуньям водила... все без толку. Иногда сын останавливался и принимал человеческий облик. Тогда он пытался как-то зарабатывать, то продавал что-то, то в интернете что-то там. Даже домом занимался, что-то пристраивал и ремонтировал. Мама, как знающий и заботливый человек, всегда была рядом. Для поддержки и правильного направления. И сын опять срывался.
Я иногда вижу этого мужчину одного. Он обрюзг, неопрятен, бродит по городу, как потерянный. Но, по-прежнему живет с мамой. Анна, когда встречаемся, с гордостью рассказывает об успехах сына.
Я ни в коем случае не осуждаю ни его, ни ее. Мы все проживаем выбранную нами жизнь. В этом я уверена. Но у меня тоже взрослые дети. И часто хочется направить их туда, куда, я считаю, будет правильно. Но, благодаря Анне и таким судьбам, я останавливаюсь. Набираю в легкие воздуха и говорю себе: Все, пусть сами. Даже, если неправильно, даже, если не так. Но это их жизнь и им ее жить.
И, еще, у меня тоже есть мама. Уже старенькая, но очень властная и все контролирующая. Но я с детства, на каком-то инстинкте самосохранения, пытаюсь держаться от нее подальше. Не впускать в свою жизнь слишком близко. Да, раньше были конфликты, причем доходившие до разрыва отношений. Но с возрастом я научилась сглаживать углы не в ущерб себе.
Все, что хотела сказать, берегите своих детей. Но, прежде всего, берегите их от самих себя. И позвольте им вырасти.