Александр – отец четверых детей всю жизнь работал электриком. Жили они с женой Верой в деревне в собственном доме. А с работой в деревне не просто. За работу люди держатся, так как адекватных работодателей не много. Александр был работником удобным во всех отношениях – брался за любую работу. И работал на совесть.
В один не прекрасный день производились ремонтные работы на линии. Александр сидел на верхушке столба и работал с проводами. Время близилось к обеду. Внизу курил уже десятую по счёту сигарету Михалыч – начальник бригады.
- Ладно, Санёк, заканчивай тут я пойду, ага! - хрипло прокричал Михалыч, Он торопился не зря. В обед ему должны были к дому подвезти телегу дров. Нужно было указать, куда вывалить дрова, чтоб потом сподручней было их убирать в дровник.
Александру оставалось присоединить последний провод Он вздохнул, бросил взгляд на зеленеющий за полем лес. «В субботу – за грибами», - подумал он. И вдруг неожиданная сильнейшая судорога пронзила тело. Адская боль. И резкий противный запах палёной кожи.
Очнулся Александр уже в больничной палате. И первое, что увидел, заплаканное лицо жены Веры. Каждая клеточка в теле нестерпимо болела.
Оказывается, по ошибке раньше времени был пущен ток. Не учли, что ремонт ещё не был завершён, и на линии работал электрик – живой человек! Преступная халатность чуть не стоила Александру жизни. Он получил ожоги 3 степени. Электрические ожоги очень коварны – кроме видимых повреждений кожи, человек получает и внутренние повреждения тканей.
Виновными в этой трагедии были бригадир Михалыч, который оставил подчинённого одного, нарушив технику безопасности. И, конечно, начальник местных электросетей. – Гаврилов. Им грозила судебная ответственность. Но не мог Александр допустить, чтобы из-за него судили Михалыча. Мужская дружба тому причиной, или жаль было Михалыча – мужик то в сущности не плохой.
А у Гаврилова – жена была беременная. Она пришла к Александру в палату и умоляла слёзно спасти их семью и будущего ребёнка. Для этого требовалось от Александра в письменной форме объяснить, что он сам был кругом виноват в своих травмах – по собственной оплошности, дескать, попал под удар током.
Так он и поступил. Не хотел подводить людей…
Лечился Александр полгода. Его травмы не были оформлены, как производственные. Оплачивались по стандартному бюллетеню. Но из больницы мужчина вышел фактически инвалидом, и стало ясно, что работать он больше не сможет. У Александра была нарушена координация движений. Сильно пострадали ноги. У него появилась походка робота. Он медленно переставлял ноги, и весь корпус тела при этом резко склонялся то в одну, то в другую сторону. А тут ещё начало падать зрение.
Теперь он целыми днями молчал и курил на крыльце. А все заботы по дому свалились на плечи жены. Денег, естественно, тоже катастрофически не хватало. Надеялись только на оформление пенсии по инвалидности. Но это оказалось делом весьма сложным.
Взяли направление на медико-социальную экспертизу. И стали проходить положенную процедуру мед осмотра. Добираться из деревни в районный центр приходилось на автобусе, который ходил лишь 2 раза в неделю. Кто видел очереди в районных поликлиниках перед кабинетом врача, тот поймёт, что пришлось пережить этим людям. Приём приходилось ожидать по 4 часа. Кроме этого далеко не все специалисты имелись в поликлинике. Невропатолог, к примеру, приезжал лишь один раз в месяц. Очередь к врачу этого профиля приходилось занимать аж с 6 часов утра!
Помощи ждать Александру было неоткуда, и они с Верой постепенно заполняли обходной лист. Когда всё было готово, записались на «комиссию» В назначенный день приехали в областную больницу и предстали перед авторитетными лицами. Комиссия минут 5 изучала бумаги, самим соискателем инвалидности интересовалась мало. Решение было неутешительным – группа инвалидности не положена!
Вера с Александром вернулись домой в свою деревню. Как прожить на зарплату сельского библиотекаря всей семье из 6 человек? Решили добиваться «группы» любой ценой. Снова районная поликлиника, очереди и хамство. Снова в руках направление на медико-социальную экспертизу. Александра положили в больницу для уточнения его диагнозов. Собрали документы. И вновь – комиссия. И вновь – отказ. А зрение продолжало падать. И общее состояние ухудшалось.
6 лет «воевали» с бюрократической машиной Вера и Александр. На 5-й год ему «присвоили» 3 группу инвалидности. А на 6 год Александр совсем ослеп и получил 1 группу. Из дома он почти не выходит. Сильно постарел, да и ноги отказывают.
Это реальная история о том, как не просто в нашей стране доказать, что тебе требуется социальная помощь. Прав ли был Александр, когда пожелел своих коллег? На этот вопрос можно ответить по разному...
