Плевать я хотел. – Думает Авдеев. Язык – крот во время засухи, он распух и потрескался, он застрял в своей норе. В поисках влаги он потерся об зубы, об нёбо – всюду великая сушь и нестерпимый жар.
Это одна из страниц романа, на который вы случайно или, может быть, неслучайно набрели в Дзене. Начало здесь, предыдущая страница здесь, продолжение здесь
Авдеев остановился, оглянулся. Как будто ветерком потянуло – шелест листиков свежих, молоденьких. Девушка с веслом, живая, сама бежит навстречу по бульвару. Узкие бриджи, свободная рубашечка-ковбойка, спортивная сумка. Стрижечка короткая, под гребенку, весло тоже короткое (от каноэ). Девушка, куда же вы, возьмите на буксир, утопаю, SOS! Легко проносится мимо, бодрая, спортивная; не пьет, не курит, на буксир не берет…
А по обе стороны бульвара натужное рычание, летящий шорох шин, поскрипывание тормозов… Занудное бубнение, топтание на месте (впереди далекий красный глаз остановил движение) – бульварная подкова забита с самого утра. Как с ума посходили, всем вдруг понадобилось ехать. Запахи автомобиля это: бензин, масло, горячее железо, резина, искусственная кожа или же пластмасса…
- Где у тебя пепельница?
- Не кури в машине, ты мне всю обивку провоняешь.
- Температура воздуха в Москве 25 градусов в тени, в течение дня переменная облачность возможна гроза, ветер южный, один-два метра в секунду и невыносимая духота.
- Ал-ле! Кто это говорит?
- Говорит Маяк.
- А-а-а. – Молчание эфира, треск эфира.
- А сейчас рекламная пауза.
- Ну вот, зеленый, чего они там сопли жуют? Трогай!
Блики на лаке, блески на стекле, вереница вытягивается, под светофором разгоняясь все быстрее и быстрей, кто успел тот пролетел. Ку-д-а! Ты лезешь! А ты не крутой, значит обломайся. Ну, вот опять мигает – кто не успел, тот опоздал. Прямоугольники пыльных окон, водосточные трубы, кровли, карнизы. На фронтоне бессмысленная морда льва.
