Аня и Дима ждали первенца. Девочку. Детская была практически готова. У будущих родителей не возникло споров по поводу выбора обоев, кроватки и коляски. Они даже решили, в какую школу отдадут дочь в будущем. Оставалось, как казалось, самое простое, но, как оказалось, самое сложное. Муж с женой никак не могли определиться с именем ребенка.
Каждый из них настаивал на своем варианте. Дима увлекался реконструкцией исторических событий и хотел назвать дочку славянским именем – Мирослава или Светолика. Аня ни в чем всерьез не увлекалась и просто хотела дать крохе красивое имя на западный манер – Габриэла или Доминика. Еще ей по душе был вариант с двойным именем. Что-то в духе Лили-Роуз.
- Ты ее еще Санта Лючией назови, - Дима никак не хотел мириться с предложением жены. – Аня, мы в какой стране живем? Имя должно быть русским!
- Дима, мы в каком веке живем? Имя должно быть современным! – отстаивала свою позицию будущая мать.
Супруги не смогли остановиться на чем-то одном даже к моменту рождения дочери. Девочка уже появилась на свет, но все еще оставалась безымянной. В семье ее называли малышкой. Дедушки и бабушки начали бить тревогу. В такой важный момент семья оказалась на грани распада. И все из-за какой-то ерунды. Теща уже была согласна на Светолику, а свекровь на Доминику, только бы внучке наконец дали имя.
Аня и Дима практически не разговаривали друг с другом. Девочка кряхтела и плакала, будто выражая недовольство таким положением дел в семье.
Долго так продолжаться не могло: дочку надо было регистрировать. Так и не определившись, какое имя будет указано в свидетельстве о рождении, молодые родители оставили ребенка на бабушек и поехали в ЗАГС.
В машине Дима прервал молчание и сделал попытку к прекращению холодной войны:
- Аня, ну что-то же надо решать. Давай, что ли, монетку бросим. Выпадет орел – назовем Мирославой, решка – Габриэлой. Как тебе?
Аня, не глядя на мужа, пожала плечами. Этот вариант явно ее не устраивал, но альтернативы она предложить не могла.
В ЗАГСе было на удивление многолюдно и шумно, как будто весь город проснулся после долгой спячки и решил задокументировать свое существование. Пришлось ждать своей очереди. Молодые родители переглянулись и сели на стулья. Аня посмотрела на мужа с упреком, будто это он согнал сюда всех этих людей. Дима предусмотрительно решил сделать вид, что не заметил ее взгляда. Он стал рыться в кармане в поисках монетки. Аня начала писать маме сообщение. Ей не терпелось узнать, как там ее девочка – пусть и безымянная, но бесценная.
Неожиданно она увидела на рукаве своего пальто светлое пятно. Через пару секунд оно перепрыгнуло на ногу мужа. Это был солнечный зайчик. Аня подняла глаза и увидела напротив себя девочку лет пяти-шести с зеркалом в руках. Именно она и выпустила это светлое пятно. У нее были огненно-рыжие волосы, глаза бутылочно-зеленого цвета и широкая беззубая улыбка. Она сама была вылитый солнечный зайчик. Рядом сидела такая же рыжая женщина. Нетрудно было догадаться, что это ее мама. Заметив, что дочь начал шалить, она сделала ей замечание.
- Катя, ну зачем ты так? Извините, пожалуйста, - сказала она, обращаясь к Ане и Диме.
Муж с женой понимающе кивнули. Они не могли оторвать глаз от девочки. Заметив, что мама отвернулась, та показала им язык. Дима ответил ей тем же и улыбнулся. Приподнялись уголки губ и у Ани.
- А у меня бабушку так звали – Катя, - нежно сказал Дима, когда их очередь практически подошла.
- А у меня никого из близких так не звали. Но в детстве я очень любила песню «Катюша», - ответила Аня. Впервые за долгое время муж почувствовал в ее голосе тепло.
Через пару минут молодые родители переступили порог кабинета. Выйдя, Аня тут же позвонила домой:
- Алло, мам, как вы там? Катюша проснулась? Мы уже едем!
В трубке послышался вздох облегчения.