В продолжение известной цыганской песни следует написать: «.., выкраду вместе с замками». Хотя такая лирика обернулась для нашего района когда-то большим бедствием. А история была такова.
В деревнях, где содержали лошадей, стали происходить их хищения. Причём, с разбойным нападением. Как правило, преступление происходило ночью, но иногда, даже и в дневное время. По рассказам потерпевших конюхов, это было делом цыган. И за раз воровали не оду-две лошади, а десятками. Сторожей-конюхов под угрозой оружия, ножей или обрезов, связывали по рукам и ногам в их сторожке. Подгоняли КАМАЗ с фургоном, спускали привезённые дощатые трапы, и по ним набивали «фуру» похищенными однокопытными. Обычно, только утром рабочая смена обнаруживала спутанных людей и пустые загоны конюшни. Поскольку цыгане в нашем районе не проживали, мы догадывались, что они совершают эти набеги из другой области, граница с которой находилась не так далеко. Во всех случаях «угона» лошадей, бандиты оставляли на месте преступления только следы автотранспорта и рассказы перепуганных сторожей. Только однажды, в селе Сергеевка, при осмотре места очередного подобного преступления, мы обнаружили, наконец-то, оставленные бандитами вещественные доказательства. Среди них был бич (плеть), два отрезка верёвки из синтетического материала и, главное, кожаные ножны. Форма ножен была необычной, - серповидной. Ножи такой формы очень редки.
Пресечь преступные деяния для нас было очень важно, поскольку могло случиться так, что в сельской местности не останется лошадей. У границы с соседней областью, в ночное время устраивались засады. Да и в дневное время, сотрудниками госавтоинспекции проверялся транспорт, особенно «фуры». Так как бандиты были вооружены, нами принимались все меры, чтобы обеспечить свою безопасность. Иногда доходило до смеха, как нам казалось. На ночные засады сотрудники одевали под шинели бронезащитные жилеты, а голову защищали стальными касками. Шинели при этом топорщились от достаточно объёмного бронежилета, и сотрудник походил при этом на колобка. А засада организовывалась так. Три-четыре сотрудника прятались в придорожной кустарниках. При появлении транспорта один выходил на дорогу и в мегафон требовал водителя остановиться. А теперь представьте такую картину. Едут люди в мирное время по ночной дороге, ничего не подозревая, а тут из кустов вываливается какой-то тип, в шинели, каске, мегафоном на шее, и орёт, чтобы остановились. И всё зависело от типа характера водителей. Одни резко тормозили и останавливались как вкопанные, другие в ужасе давили на газ. Последних останавливали только очереди трассирующих пуль из автомата, выпущенные впереди машины. Это предупреждение делала уже вторая группа сотрудников, которые сидели метрах в пятидесяти далее. Правда, таких лихих водителей было немного.
Действия правоохранителей дали свои результаты: разбойных нападений в это время не стало. Но преступники-то не пойманы, и мы знали, что затишье это временное.
И вот месяца через два, наконец-то, задержали «фуру» с двумя цыганами. По всей вероятности они ехали на очередное преступление. При досмотре, у одного, молодого и сидящего за рулём, был обнаружен за поясом револьвер системы Наган. Второй, старый цыган, был без оружия и утверждал, что является случайным пассажиром, а с водителем вообще не знаком. Задержанных отправили в отдел милиции для разбирательства. Того, кто был с оружием, можно было заключать под стражу надолго и передать в руки следователям. А вот к старому никаких претензий у нас не было. Но интуитивно чувствовалось, что это не случайный попутчик водителя «фуры», а его сообщник. Даже, скорей всего, это был главарь банды. Однако, интуицию и догадки к делу не пришьёшь, и нужно было искать доказательства причастности старого цыгана к ранее совершённым преступлениям. При чём, на это отдавалось трое суток, пока подозреваемого можно было по закону временно задержать. Искать доказательства поручили следователю Терновецкому Геннадию, который вёл дела по фактам хищения лошадей. Очень часто бытует практика, когда следователи, изначально ведущие уголовные дела, меняются. Т.е. частично собранный материал по уголовному делу одного следователя передают другому. По разным на то причинам: болезни, перехода на другую работу, или даже, уходу в отпуск. А такая практика имеет большой минус: у нового следователя не откладываются в голове многие детали из уголовного дела. Слава Богу, что в нашей истории такого не произошло, и это сыграло, по всей вероятности, положительную роль. Оперативная группа, во главе со следователем выехали в другую область, чтобы произвести обыски на квартирах задержанных цыган. При осмотре квартиры старого цыгана, на кухонном столе следователь заметил нож, необычный - серповидной формы. В дальнейшем, трасологическая экспертиза показала, что именно этому ножу и принадлежат ножны, изъятые при осмотре места разбойного нападения в селе Сергеевка.
Признание двоих преступников, позволило выявить и привлечь к уголовной ответственности остальных членов банды. И лошадей уже после этого так не похищали.