Часть 5
Так совпало, что выход альманаха "Приамурье" в котором четверть страниц занял мой роман, совпал с выходом первой партии моей книги.
Моим редактором в альманахе был талантливый писатель и критик Владислав Григорьевич Лецик.
На всём протяжении своего существования альманах «Приамурье» создавался с любовью и тщательной проработкой не только содержательной стороны, но и оформления. В трудные для литературы Приамурья 1990-е, когда фактически не было средств на издание альманаха, некоторые выпуски печатались на газетной бумаге, но при этом создатели стремились сохранить изобразительную составляющую, подбирая иллюстративный материал соответствующего формата. Так, в «Приамурье – 1994» были помещены чёрно-белые фотографии из архива Александра Калинина, автора опубликованных в альманахе отрывков романа «Пройди и оглянись»
Киреева Н.В. «Приамурье»,
И тут мне помог с вывозом 20 тысяч экземпляров Василий Николаевич, который предоставил мне КАМАЗ, а председатель Амурского областного Союза ветеранов Афганистана Валерий Вощевоз выделил временно комнату в офисе под книги. Правда пришлось самому вместе со старшим сыном таскать упаковки по 30 книг, но это был приятный труд. К тому же у меня появились первые покупатели, а значит первые заработанные деньги от моей писательской деятельности. Мало того, пришла и известность в местном масштабе. Отрывки из романа стали печатать в местных газетах, даже в чувашской газете была статья обо мне.
А писатель Борис Машук даже написал отзыв о книге.
Вначале был лестный отзыв, а затем пошли критические замечания.
"...Совершенно ли она в исполнении задуманного? Заключаю, что нет. И пусть эта не будет причиной обиды автора, поскольку совершенство в творчестве определяется словом гениальность. Тем более, что и сам автор не претендует на чисто писательское отношение к своему жизнеописанию. Но коль он говорит о продолжении романа, было бы неплохо поискать в себе способности в сокращении прилагаемого. Вот пример: Если не ошибаюсь, автор раза три или четыре "демонстрирует" портрет своей жены на дверце служебного сейфа. И всё с теми же вздохами, какой-то неуверенности в своих чувствах...
А какая могла быть уверенность, если она крутила направо налево пока я был в Афгане... когда же я вернулся с войны вообще сбежала из дома со своим любовником...Но это так, маленькое отступление. Но я вообще не обиделся на критику, а наоборот был горд, что столь мастистый писатель обратил на меня внимание и храню этот отзыв на пожелтевшей бумаги написанный на печатной машинке писателя Бориса Машука.