Лариса МИХАЙЛОВА
Такой облет в пятидесятые годы прошлого столетия пережила моя коллега — психиатр Ангелина Александровна Башкатова. В то время территория психиатрической больницы по ул. Владивостокской, 4 в Уфе с разбросанными деревянными одноэтажными лечебными корпусами была значительной по размеру и обильно засаженной кустарниками, старыми деревьями.
В середине теплого мая трое врачей, завершив дневной обход больных, разместились в ординаторской оформлять истории болезней. Раскрытое окно не впускало свежесть. Душный, плотный воздух заставлял обмахиваться газетами, а суматошный гомон воробьев и прочей пернатой мелкоты вызывал необъяснимую тревогу.
Внезапно птичий гомон смолк. Столь же неожиданно ворвался ветерок, взметнул легкую шторку, бесцеремонно перелистал бумаги на столе и одарил свежестью. Дышать стало легко, и каждый взялся за свое дело.
Заведующая отделением Евгения Илларионовна Шефер искала нужную запись, Сайма Мухатдисовна Сунаргулова изучала инструкцию нового лекарства, а Башкатова, макнув деревянную ручку в чернильницу- непроливашку, сняла соринку с любимого пера «Рондо», но опустить его на лист бумаги не успела: в окно непрошено, но уверенно вплывал голубой (размером с грецкий орех) шар. Его холодная «раскаленность» была очевидна. Полетав пару
Тайна молний притягательна для всех. А если встретиться с молнией лицом к лицу?Да еще с шаровой? Гроза, открытая форточка, сквозняк и огненный шар —плазмоид —может незвано посетить жилище, а там как выпадет: гость нанесет удар или ограничится экскурсионным облетом.