Петербургский миллиардер, гендиректор Первой мебельной фабрики Александр Шестаков ликвидирует совместный проект стоимостью 3,3 млрд рублей с германским производителем кухонь Alno: иностранный партнер обанкротился, так и не вложив свою долю в СП.
Петербургский арбитраж ввел конкурсное производство на Первой мебельной фабрике Александра Шестакова. Срок конкурсного производства истекает в июле, предприятию-банкроту предстоит удовлетворить требования десяти кредиторов на сумму более 471,5 млн рублей.
Иск о банкротстве к компании ООО «Первая мебельная фабрика — АЛНО» (ПМФ АЛНО) 26 июня 2018 года подала фирма «Про-Цепт» — долг ответчика перед ней был всего 354 тысячи рублей. Однако уже 17 июля Арбитражный суд по Петербургу и Ленобласти признал ПМФ АЛНО несостоятельным и ввел на предприятии процедуру наблюдения. А в январе 2019-го — конкурсное производство.
Успешный проект
Столь стремительное банкротство одного из крупнейших в России производителя кухонной мебели, способного выпускать 500 тысяч мебельных секций (50 тысяч мебельных гарнитуров) в год, потрясло рынок. Ведь по итогам первого полугодия 2018 года ПМФ АЛНО отчиталась о почти двукратном росте продаж по сравнению с тем же периодом 2017-го — до 1,3 млрд рублей.
В 2016 году предприятие завершило строительство нового совместного производства с германским кухонным концерном Alno. Этот проект, начатый в 2014 году, потребовал инвестиций €50 млн (3,3 млрд рублей). На строительство фабрика получила 100 млн рублей из петербургского Фонда развития промышленности. У гендиректора фабрики Александра Шестакова в этом СП 51%, остальные у Alno (через швейцарскую AFP Küchen AG, которую Alno купил в 2014 году).
Предприятие начало выпускать помимо стандартной кухонной мебели продукцию премиальных категорий — в частности, под брендом марки Bruno Piatti.
То, что фабрика работала с убытками, Шестаков объяснял неполной загрузкой. В 2015 году убыток ПМФ АЛНО составил 11,6 млн рублей, в 2016-м — 313,9 млн, в 2017-м — 195,2 млн.
Александр Шестаков был полон новых планов: готовился нарастить экспорт продукции до 1 млрд рублей в год, в десять раз расширить число торговых точек (до 300 за счет франчайзинга), осваивал производство новой для себя офисной мебели.
Инвестор без инвестиий
И вдруг в январе 2019-го гендиректор заявил, что разрывает СП, так как германский завод обанкротился. В июле 2017 года Alno не выдержал конкуренции с другими европейскими производителями, сократил штат с 2100 сотрудников до 320, а оставшимся снизил зарплаты на 15% и приостановил производство. В декабре 2017-го британская инвестиционная компания RiverRock European Capital Partners выкупила Alno за €20 млн. В марте 2018-го германский производитель возобновил выпуск мебели.
Германские СМИ в 2017 году писали, что Alno еще с выхода на IPO в 1995 году никак не могла вылезти из убытков.
По словам Шестакова, Alno практически не участвовала в строительстве новой фабрики, основные вложения пришлись на российского инвестора. Тем не менее германский концерн в октябре 2018-го подал в суд иск о включении его в перечень кредиторов, требуя с Первой мебельной 28,3 млн рублей.
Причина стремительного банкротства — решение Шестакова ликвидировать ПМФ АЛНО. По словам Шестакова, он не видит смысла в существовании совместного предприятия, если, по сути, все это время инвестором был только он сам.
Первая мебельная продолжит работать самостоятельно, как до создания СП, и будет выпускать кухонную и офисную мебель.