Событие, которое произошло ранним утром 6 декабря 1917 года в буквальном смысле потрясло небольшой канадский город.
Первая мировая война подходила к своему завершению, а в гавань далекого от кровавых позиционных фронтов города Галифакс шел небольшой пароход - вспомогательный транспорт флота Ее Величества "Монблан".
Корабль был построен в 1899 году на верфи в небольшом английском городе Мидлсборго. Корабль принадлежал распространенному классу двухмачтовых пароходов, имел длину в 97,5 метра, ширину — 13,6 метра, осадку — 4,6 метра, экипаж - 40 человек, мог перевозить до 3100 т. груза.
Его служба в довоенный период ничем не примечательна, а с началом Первой мировой войны судно, как и многие другие его торговые собратья, было реквизировано Адмиралтейством воюющей Британии для службы в качестве вспомогательного транспорта. На "Монблан" было установлено вооружение и проведен небольшой ремонт, после чего он продолжил свою обычную службу, только теперь перевозя военные грузы.
Одним из таких грузов и стала пикриновоя кислота, тротил, пороховой хлопок и бензол, загруженные на пароход 25 ноября 1917 года в Нью-Йорке. Настоящая "гремучая смесь", которой корабль был заполнен сверху донизу, включая палубу, всего 3000 т. взрывчатых веществ в тротиловом эквиваленте, что вполне сопоставимо с мощностью современных тактических ядерных боеприпасов.
Вечером 5 декабря 1917 года "Монблан", под командованием Айма Ле Медэка, прибыл на рейд Галифакса, а в это время в 8 километрах, в гавани Галифакса, стоял норвежский пароход "Имо" под командованием Хаакана Фрома.
"Имо" должен был покинуть Галифакс еще днем, но из-за ряда проволочек задержался, что и стало одной из звеньев той цепи случайностей, что в итоге и привела к роковым последствиям.
Утром в 7 часов 6 декабря капитан "Монблана" отдал распоряжение заходить в гавань. В 8 часов 10 минут утра из гавани ему встречу на небольшой скорости начал выходить "Имо". На "Монблане" заметили "Имо", выходивший на излучины пролива, когда до того был примерно километр. Корабли шли пересекающимися курсами и "Монблан" дал сигнал, что судно поворачивает вправо. Но "Имо", нарушая установленные морские правила, изменил свой курс влево. Капитан Ле Медэк попытался отвернуть влево и пропустить "Имо", что ему почти удалось, но опасность почти миновала, норвежский пароход снова изменил курс и дал задний ход. При этом нос "Имо" при заднем ходе отвело его вправо — в борт "Монблана" что и привело к столкновению. От удара разлившийся на палубе бензол вспыхнул и корабль охватило огнем.
Капитан "Монблана" отдал приказ оставить судно. Впрочем, команда не дожидалась приказа, пытаясь оказаться как можно дальше от обреченного корабля, который начал дрейфовать к Галифаксу, на набережных которого люди с интересом наблюдали за пожаром.
К пылающему "Монблану" подошел буксир и попытался отвести судно в море, но в этот момент произошел страшной силы взрыв. Часы города Галифакс остановились в 9 часов 06 минут.
Врыв был такой силы, что судно разворотило на тысячи обломков разной величины, некоторые из которых, весом до 100 килограмм были затем найдены в 20 километрах от места взрыва.
Здания на берегу по обоим сторонам гавани были сметены взрывом, на расстоянии до километра снесло все крыши, взрывной волной выбило окна даже в городах и поселках, расположенных в 40 километрах от Галифакса. Ситуацию усугубило то, что очень многие люди собрались на берегу и прилегающих к воде зданиях чтобы получше рассмотреть пожар и в момент взрывал были просто сметены.
Особенно пострадала северная часть города, которая располагалась на холме. По трагическому стечению обстоятельств здесь же находились три городские школы, из полутысячи учеников в живых осталась лишь дюжина, а из воспитанников небольшого приюта для сирот не выжил никто.
В гавани пострадали и были полностью уничтожены десятки судов, начались многочисленные пожары в городе.
По официальным данным в городе погибло 2 тысячи человек, более 2 тысяч пропали без вести, ранены около десяти тысяч. Фактически же количество жертв наверняка гораздо больше, как писали газеты, только одна погребальная контора изготовила около 3200 надгробий.
По результатам длительного судебного процесса вина за произошедшее была возложена на капитана "Монблана" Ле Медэка, но французские власти, которым он был передан для исполнения наказания, в дальнейшем обжаловали это решение и в итоге судебные инстанции приняли решение, что в столкновении виновны оба судна в равной степени, а Ле Медэк продолжил службу во французском флоте.
Причины странного поведения капитана "Имо" Фрома так и останутся неизвестными, так как он, а так же лоцман Хэйс и пятеро матросов, находившихся на борту судна, погибли в результате взрыва.
В итоге, несмотря на огромную трагедию и тысячи жертв, ни британское правительство, ни капитаны судов не понесли никакого наказания.