Силы советской армии смогли далеко откинуть врага, благодаря слаженным и смелым решениям командиров. Села были очищены от немцев, а мирные жители начали восстанавливать быт.
Зайдя в один из домов, лейтенант Ерохин увидел свою давнюю подругу, которая сидела в немецком кители, покуривая сигарету:
- Тамар, а ты чего тут?
Тамара молча смотрела в стену напротив, держа в руке дымящий окурок.
- Тамар? Все нормально?
В доме висела гробовая тишина.
На дворе работали солдаты, которые помогали мирным жителям. Глухие звуки стуков по дереву, мужские голоса, которые каждую минуту матерились.
Ерохин снял фуражку и положил ее на стол, усевшись напротив Тамары.
- Том, а ты чего в немчурском кители то сидишь?
Тамара медленно взглянула на Ерохина, затушив сигарету об маленькую тарелочку.
- Сигареты их куришь…
- А что ты хочешь от меня, Петь? Ваня мой уже не вернется. В 41-ом ушел. Тебя что ли мне ждать?
- Причем тут я? И что это вообще значит?
- То и значит, Петь. Бежать мне отсюда нужно, понимаешь?
- Зачем же тебе бежать? Тут твоя Родина! Тут ты родилась. Тут ты живешь...
- Когда тут были немцы, один офицер за мной ухаживал. Мужественный такой, воспитанный. Сказал, что когда война закончится, увезет меня в теплые места. Я этого хочу, Петь! А не тут сидеть и ждать, когда меня…
- А мать свою. Маму свою тут одну оставишь?! Сын, который вместе с отцом ушел?! Тоже уже списала?!
- Сын уже взрослый, сам разберется и за мамой проследит. А я счастья хочу!
Ерохин медленно достал прибычкованную папиросу, закурил и молча посмотрел на Тамару.
- В немки значит записалась, - задумчиво спросил у Тамары взводник. – Ну тогда беги!
Доставая табельный пистолет из кобуры, прокричал Ерохин.
Девушка вскочила из стола, скинув с себя немецкий китель, и побежала к двери.
- Ерохин! С ума сошел!?
- Беги, немчура! Быстрее беги! Может, догонишь своего офицера!
Стреляя в воздух, кричал Ерохин. Тамара падала на землю, встала и снова бежала. Бежала, не оборачиваясь назад. Все молча стояли и смотрели, как их соседка, подруга, дочь старой подруги, бежала к немцам. Жалко валилась на землю, вскакивала и снова бежала.
Через три дня ее встретил немецкий патруль. До своего офицера, который обещал увезти Тамару в теплые места, так и не добралась. Родина видит предательство. Родина не прощает.