Уже весна

В какое-то утро, выйдя, ты понимаешь: закончилось. Что-то лопнуло в воздухе, и полился вибрирующий весенний запах — трубят коты, визжит френдлента, солнце мажет по голым веткам. Бог знает как, но мы опять выжили, и теперь будет только легче. Ляля Кандаурова — о долгожданном времени года.

РУМЯНЕЦ

Сан­ки, дым­ков­ская иг­руш­ка, тесь­ма по по­до­лу. Хох­лом­ской март пах­нет та­ю­щим сли­воч­ным мас­лом. Зи­ма де­ла­ет­ся туч­ная, как ма­ков­ник; по­сле двух ме­ся­цев ме­ди­та­ции хо­чет­ся лу­боч­ных ра­до­стей — лу­пить­ся снеж­ка­ми, на­гло­тать­ся сне­га — он жжет дес­ны, ле­пит во­ло­сы к ли­цу. Лоп­нув­шая гу­ба, шур-шур пла­щев­ки тво­их дет­ских лыж­ных шта­нов, вы­бив­ший­ся шарф; кровь на­ма­ты­ва­ет ди­кие кру­ги по те­лу. Бли­ны — сло­жишь ввось­ме­ро, по­гру­зишь зу­бы в кре­мо­вую мя­коть, а по­том то­пишь его в сме­тане го­ря­чим, тол­стень­ким сре­зом.

РАБОТАТЬ

Необъ­яс­ни­мым об­ра­зом он са­мый длин­ный в го­ду — веч­но для­ща­я­ся школь­ная тре­тья чет­верть. Окон­ча­тель­но схлы­нул рож­де­ствен­ско-кре­щен­ский флер: март — упру­гость и ритм, по­чти ма­ши­наль­ность. За трид­цать один бес­ко­неч­ный день сво­ра­чи­ва­ешь го­ры: ки­пя­щий еже­днев­ник, проб­ки, спис­ки по­ку­пок по­мо­га­ют вы­сто­ять и пе­ре­пра­вить­ся на ту сто­ро­ну зи­мы.

ГРУДНОЙ СБОР

Ка­лен­дар­ная вес­на учит тер­пе­нию: ка­дьи тюль­па­нов на вы­хо­де из мет­ро, опо­сты­лев­шие са­по­ги, пят­нич­ная ми­гра­ция дач­ни­ков, на­чи­на­ю­щая на­би­рать си­лу, — все неяс­но на­ме­ка­ет на что-то, за­став­ляя пре­жде вре­ме­ни вы­лез­ти из ша­пок и ва­ре­жек. Все хо­дят чуть про­сту­жен­ные, от непре­рыв­но­го смор­ка­ния пе­чет под но­сом, слад­ко чав­ка­ет в гру­ди, имен­но с мар­та за­ва­ля­ет­ся на дне сум­ки сре­ди про­че­го со­ра про­зрач­ный ле­де­нец хи­ми­че­ско­го цве­та, слу­чай­но вы­дав­лен­ный из пач­ки.

ЩЕЛЧОК

В ка­кое-то утро, вый­дя, ты по­ни­ма­ешь: за­кон­чи­лось. Что-то лоп­ну­ло в воз­ду­хе, и по­лил­ся виб­ри­ру­ю­щий ве­сен­ний за­пах — тру­бят ко­ты, виз­жит френд­лен­та, солн­це ма­жет по го­лым вет­кам. Бог зна­ет как, но мы опять вы­жи­ли, и те­перь бу­дет толь­ко лег­че.

ЖАВОРОНКИ

Пост­ное мас­ло, му­ка, со­да, ки­пя­ток. Дер­жишь мис­ку го­лы­ми ко­ле­ня­ми, те­сто кру­тое, ес­ли сжать до­бе­ла ку­лак, оно ме­до­вы­ми обор­ка­ми про­хо­дит меж­ду паль­ца­ми. На про­тивне птен­цы си­дят ряд­ком, смот­рят ум­ны­ми изюм­ны­ми гла­за­ми; ма­ма де­ла­ла с тер­той смо­ро­ди­ной — у каж­до­го в серд­це ока­зы­вал­ся сгу­сток слад­кой ли­ло­вой ла­вы, пач­кав­шей гу­бы и ска­тер­ти.

Я ЕСТЬ

По­сле зи­мы вновь об­ре­та­ешь те­ло — ступ­ни вспо­ми­на­ют зем­лю че­рез тон­кую по­дош­ву, еже­днев­но пя­тит­ся ночь; мы свет­лые, в ро­дин­ках и ца­ра­пи­нах, ави­та­ми­ноз­ные, невы­спан­ные, нас про­ве­ла сквозь снеж­ные бу­ри жаж­да жиз­ни.

ПРОСЫПАЙСЯ

Де­ре­во от­де­ля­ет ком­на­ту от теп­ло­го се­ро­го неба. Я ва­ри­ла кар­тош­ку на кухне и пах­ну горь­кой вос­ко­вой ко­жи­цей, со­лью, кру­тым яй­цом. Я са­жусь ря­дом и смот­рю, как ухо­дит твой сон; всю­ду ко­рич­не­вое и зе­ле­ное. Доб­рое утро!

текст: Ляля Кандаурова

иллюстрации: Полина Сайфуллина @longebard_illustrations

Опубликовано в журнале Seasons of life, выпуск 14

Архивные номера и новые выпуски в онлайн-магазине

Оформить подписку или купить журнал в своём городе