Найти в Дзене
Михаил Misha555.ru
7 подписчиков

Колька друг детства.

49
Мне вспомнилась последняя встреча с Колькой, другом детства. Мы с Колькой и Саней, были вместе лет с 6-7 и потом всю жизнь шли параллельно. И вот нас только четверо. Я, Саня, Колька и его жена. Мы, с Саней, Колькой, договорились о встрече. Колька хотел нам, что-то сказать. Мы с Саней приехали к Кольке на улицу маршала Неделина. Встретила нас его жена, наша подруга юности. Кольки не было, он вышел, по делам. Что было удивительно. Мы сидели вспоминали и ждали. А Колька не приходил. Перезванивал, говорил, что идёт и сейчас будет. После двух часов, устав ждать, мы с Саней договорились с Колькой и пошли ему навстречу.
Вышли на улицу Гришина. Вспоминая про старый спортивный магазин, где я купил первые коньки с ботинками, которые были больше на четыре размера. Потом постояли у дома, где была пивнушка. Посетовали, что мы безразличны к пиву. Спустились на Можайку. Прошлись до Дорогобужской. Постояли в том месте, где заканчивалась наша большая, когда-то горка, где мы катались на санках. Зашли в
Мне вспомнилась последняя встреча с Колькой, другом детства. Мы с Колькой и Саней, были вместе лет с 6-7 и потом всю жизнь шли параллельно. И вот нас только четверо. Я, Саня, Колька и его жена. Мы, с Саней, Колькой, договорились о встрече. Колька хотел нам, что-то сказать. Мы с Саней приехали к Кольке на улицу маршала Неделина. Встретила нас его жена, наша подруга юности. Кольки не было, он вышел, по делам. Что было удивительно. Мы сидели вспоминали и ждали. А Колька не приходил. Перезванивал, говорил, что идёт и сейчас будет. После двух часов, устав ждать, мы с Саней договорились с Колькой и пошли ему навстречу. Вышли на улицу Гришина. Вспоминая про старый спортивный магазин, где я купил первые коньки с ботинками, которые были больше на четыре размера. Потом постояли у дома, где была пивнушка. Посетовали, что мы безразличны к пиву. Спустились на Можайку. Прошлись до Дорогобужской. Постояли в том месте, где заканчивалась наша большая, когда-то горка, где мы катались на санках. Зашли в старые красные дома на Кубинке. У Сани там было много знакомых пенсионеров. Потом дошли до школы, где мы уже не успели учиться. Постояли около места, где был мой дом. По нему сейчас проходило Можайское шоссе. Вспомнили милицейский стакан. Вспомнили наш бугорок, где были первые поцелуи с девочками. Потом пошли к Саниному дому. Он был первый справа при въезде на улицу Толбухина с Можайского шоссе. Постояли на Санином огороде. Вспомнили его голубятню. Вспомнили заброшенный дзот. Сели в 45 автобус до метро и уехали по домам. А Колька так и потерялся. А может мы разминулись. Через несколько месяцев Кольки не стало. Теперь я понимаю, что он не хотел с нами встречаться, а просто тянул время. Я так думаю, что почему-то стеснялся. А может быть, что-то другое. Дело в том, что у него были странные отношения со всеми, с нами, с женой, с дочерью. Он сумел, по жизни, «поцарапаться» со всеми, кто его окружал. С некоторыми очень серьёзно, и надолго, и не один раз. Нам с Саней хотелось поговорить с ним о жизни, а ему видно и хотелось, и не хотелось. Все мы с возрастом уходим в себя. Но, это не проблема. Проблема в том, что мы уходим от окружающего нас мира. От родных, друзей и знакомых. И это случается гораздо раньше, чем физический уход. А иногда уходим даже не поговорив. Интересно. А, что нам не хотел сказать Колька?
Мне вспомнилась последняя встреча с Колькой, другом детства. Мы с Колькой и Саней, были вместе лет с 6-7 и потом всю жизнь шли параллельно. И вот нас только четверо. Я, Саня, Колька и его жена. Мы, с Саней, Колькой, договорились о встрече. Колька хотел нам, что-то сказать. Мы с Саней приехали к Кольке на улицу маршала Неделина. Встретила нас его жена, наша подруга юности. Кольки не было, он вышел, по делам. Что было удивительно. Мы сидели вспоминали и ждали. А Колька не приходил. Перезванивал, говорил, что идёт и сейчас будет. После двух часов, устав ждать, мы с Саней договорились с Колькой и пошли ему навстречу. Вышли на улицу Гришина. Вспоминая про старый спортивный магазин, где я купил первые коньки с ботинками, которые были больше на четыре размера. Потом постояли у дома, где была пивнушка. Посетовали, что мы безразличны к пиву. Спустились на Можайку. Прошлись до Дорогобужской. Постояли в том месте, где заканчивалась наша большая, когда-то горка, где мы катались на санках. Зашли в старые красные дома на Кубинке. У Сани там было много знакомых пенсионеров. Потом дошли до школы, где мы уже не успели учиться. Постояли около места, где был мой дом. По нему сейчас проходило Можайское шоссе. Вспомнили милицейский стакан. Вспомнили наш бугорок, где были первые поцелуи с девочками. Потом пошли к Саниному дому. Он был первый справа при въезде на улицу Толбухина с Можайского шоссе. Постояли на Санином огороде. Вспомнили его голубятню. Вспомнили заброшенный дзот. Сели в 45 автобус до метро и уехали по домам. А Колька так и потерялся. А может мы разминулись. Через несколько месяцев Кольки не стало. Теперь я понимаю, что он не хотел с нами встречаться, а просто тянул время. Я так думаю, что почему-то стеснялся. А может быть, что-то другое. Дело в том, что у него были странные отношения со всеми, с нами, с женой, с дочерью. Он сумел, по жизни, «поцарапаться» со всеми, кто его окружал. С некоторыми очень серьёзно, и надолго, и не один раз. Нам с Саней хотелось поговорить с ним о жизни, а ему видно и хотелось, и не хотелось. Все мы с возрастом уходим в себя. Но, это не проблема. Проблема в том, что мы уходим от окружающего нас мира. От родных, друзей и знакомых. И это случается гораздо раньше, чем физический уход. А иногда уходим даже не поговорив. Интересно. А, что нам не хотел сказать Колька?