Местные зовут его по-разному: кто Ваней, кто Робинзоном. Последняя кличка прилепилась к мужику из-за его рода занятий, а занят Ваня преимущественно тем, что пытается выжить на окраине города среди таких же, как он бомжей.
В позапрошлом году Робинзон странствовал с приятелем, но тот не смог пережить зиму: напился и замерз насмерть.
На вид Ваня страшен, лохмат и вонюч. Летом он частенько отирается неподалеку от кладбища, где впервые и пересеклись наши пути.
В будний пасмурный день старый погост – место безлюдное и мрачное. Закончив уборку прабабушкиной могилы, я направилась к выходу, до которого по широкой аллее минут десять пешком. И тут метрах в пятидесяти от меня из-за дерева вышел мужик.
Я не из пугливых, но сразу стало как-то не по себе. Наверно, сработала чуйка на опасность. Прибавила шаг.
Мужик тоже ускорился, двигаясь наперерез.
Беспокойство усилилось и я перешла на бег.
Незнакомец ринулся в погоню. Молча. От чего было особенно жутко.
Аллеи пустые, звать на помощь бессмысленно. Мчусь к выходу, стараясь не оглядываться. Сердце колотится, во рту пересохло, горло дерет.
Впереди поворот, и начинает теплиться слабая надежда – вдруг в соседнем секторе окажутся люди. Огибаю мусорные контейнеры и вижу... неспешно шлепающего по дороге бомжа.
От неожиданности он замирает, дав мне возможность приблизиться едва ли не вплотную. Шепнув "помогите", прячусь за сгорбленную спину бродяги.
Завидев это, странный молчаливый тип прекратил преследование и юркнул в сторону, скрывшись среди надгробий.
– Проблемы? – спросил у меня бомж.
– Ага... Погнался... ни с того, ни с сего... Маньяк какой-то.
– А ты чего одна-то ходишь? Не боишься?
– Теперь боюсь.
– Не бойся, ты ж больше не одна, – резонно заметил бродяга. – Проводить?
– Если вам не трудно...
Он глянул на свои ноги:
– Ходют еще. Значит, не трудно.
Мы пошли рядышком, и мой спутник задумчиво выдал:
– Странное дело. Мне ж туды и не надо было. Чего поперся? Сам не знаю. Верно, Господь надоумил...
Я посмотрела на затянутое тучами небо, на бомжа и улыбнулась:
– Все может быть. Раз так, давайте знакомиться.
– Давай, – ощерился бродяга. – Ваня. Робинзон.
После того случая мы виделись с ним еще пять или шесть раз, беседуя на разные темы. В майские поеду туда снова. Даст Бог, свидимся...