В Швейцарии есть два Цюриха – город и озеро. Небольшое озеро, километр в поперечнике, но старое. Рыба там ходит с незапамятных времен, как говорится, щука с руку. Даже с ногу.
Патрик Гижер, рыбак-любитель, 34 года, закинул в темные воды Цюриха свою блесну и ухватил именно такую щуку с ногу, на 11 килограмм. Щука не поддавалась, рыбак вступил в борьбу и взял ее измором – целых десять минут водил ее кругами, пока щука не ослабла, а уж потом подцепил сачком.
Рыбачил он не один, а с друзьями, поэтому все вместе, веселой кампанией пошли в местный ресторанчик, где повар приготовил им 11 кило улова.
Спустя несколько месяцев Патрику пришла повестка из прокуратуры кантона Цюриха, где сообщалось, что против него заведено дело. Обвинение – причинение непомерных страданий животному, щуке.
Эту щуку, вернее, общество защиты животных представлял известный адвокат. Он хотел, чтобы суд определил рамки дозволенной жестокости по отношению к животному, в данном случае, щуке.
Скептики и шутники подняли шум — эти адвокаты уже из-за дохлой рыбы начали нам портить нервы, и, действительно, суд оправдал Гижера.
У нас в редакции Русской Службы в Буш-хаусе несколько лет назад завелась мышь. Мы назвали ее Машей. Я подкармливал ее крошками, ставил в крышке от баночки воду.
Об этом прознало начальство, меня вызывали на ковер и объяснили, что присутствие мыши совершенно недопустимо, поскольку она разносит опасные болезни, а корпорация несет ответственность за все, что происходит в ее помещениях.
К нам на этаж пришли профессионалы, они расставили вдоль стен и по углам новейшие мышеловки с электронной сигнализацией, но Маша на их уловки отвечала со спокойным презрением и продолжала ходить за железный шкаф, где лежали крошки и вода.
Потом Маша пропала. Я погрустил и забыл на время. Не помню уж зачем, пришлось двигать железный шкаф. Я отодвинул и с ужасом увидел что моя Маша лежит, уже иссохшая, приклеившись всеми четырьмя лапками к клейкой бумаге, которую ей подложили профессионалы.
Будь тут Швейцария, сам бы в суд пошел. За Машу.
