В далёком Сючжоу, где никогда не видели подлинных соток «Аппле», в длинной очереди прищуренных глаз стоял наш герой — Кин Чуван. В своей лёгкой полиуретановой куртке он отличался от остальных разве что складом губ, которые выдавали его смущение и стыд общественного порицания. Ведь по понятиям Поднебесной, он не мог стоять на расстоянии ближе восьми метров к людям в одежде из тканей класса полипропилена, а тем более — из еще более дорогих и технологически совершенных разновидностей мануфактуры. И хотя денег в кармане было не больше, чем на две унции риса, Кин Чуван твердо решил в сжатые сроки купить себе куртку от «Ching Wingfree Haoduye Katasi» за 80 юаней, сумму, которая равнялась бы полугодовой зарплате китайца со средним уровнем развития мелкой моторики пальцев.
За необъятным горизонтом работ начало всходить солнце, и Кин Чуван почувствовал, как желто-коричневые руки налились энергией Цзинь в предвкушении труда.
Одной рукой он разгружал подъезжающие фуры, а другой вышивал золотые звёздочки на шапочках для детей оставшихся заокеанских братьев-коммунистов. Ногой помешивал закипающий раствор едкого натра, в то время, как глазами следил за рекламными роликами и носом проходил платные соц. опросы. Затем клеил кустарные кеды от «Offzewall» и разливал ртуть по градусникам из полуцентнерной цистерны. За первую смену получилось десять юаней. На своём законном двухминутном обеде вместо того, чтобы, как все, залечивать производственные раны и вправлять себе суставы, он метнулся на швейную фабрику «Bobby Highfigure», вымыл там все полы и убрал с заготовок лишние ниточки — за что получил ещё дополнительных два юаня. После обеда он ринулся собирать сложнейшие электросхемы к атомным торпедам без рук, чем вызвал неподдельное восхищение у тщательно отпрограммированных японских роботов. В следующее мгновение он уже забивал сваи для нового межконтинентального моста, попутно вычеканивая своей кувалдой художественные фигурки Бисямонтэн (покровителя достатка и процветания) из латуни, получая по 3 юаня за один пролёт и 5 йао за одну фигурку. Тот же темп он сохранил и на следующий день. Шли четвертые сутки, а Кин всё работал и работал. И, хотя силы уже начали покидать его, он верил, что делает буддоугодное дело.
И вдруг случилось непредвиденное: на мгновение он отвлекся от работы и самым зауженным краем глаза заметил наблюдающую за ним девочку. Она была одета в роскошный спортивный костюм-тройку от высоко уважаемой фирмы «Kuchi», с крупной 3D фотографией Чэн Дусю на всю спину, цитатами Дэн Сяопина на груди и красными собачками в форме Си Цзиньпин (и не курила). Кин Чуван почувствовал слабость и уже хотел было бросить работу, однако что-то портило общее представление в порядке ниток на её воротнике и, прищурившись еще уже, он заметил, что это был полиэтилентерефталат, сделанный под поливинилхлорид. Тогда он понял, что девочка была иллюзией, искушением дьявола, и бросил в неё первый попавшийся камень — им оказался черный опал, который синтезировали прямо на заводе из полевых шпатов и слюды, но камень пролетел сквозь полиэтилентерефталат и цитаты Дэн Сяопина, а девочка упорхнула белым голубем.
Изнемогая от жары, жажды и химической интоксикации, он смахнул стружки свинца с экрана очередного «убийцы айфонов», сложил его в коробку и испустил дух.
На небесах его встретили все умершие родственники и партийные чиновники Поднебесной. Главный из них, товарищ Будда, заговорил с ним: «Ты славный китаец, пожалуй, самый славный из всех китайцев, которых я знал, и за это я могу сшить тебе семь курток «Ching Wingfree Haoduye Katasi» и ты будешь ходить в них, надевая новую каждый райский рабочий день». На что Кин Чуван ответил: «Дорогой Будда, я прошу лишь об одном — дай мне возможность спуститься обратно на землю в виде вечного пролетарского духа и работать на фабриках, не отвлекаясь на еду и перерывы». И Будда так и сделал — Кин Чуван стал летать между фабриками и работать по 78 часов в сутки, не требуя ни йао денег с работодателей.
И по сей день в провинции Цзянсу меж пацанов ходят слухи о ночном духе труда, который в любую пору года и ночь недели спускается к затихшим станкам и вытачивает резьбовые втулки без какой-либо стружки в дорогой куртке из поливинилхлорида от «Ching Wingfree Haoduye Katasi».